Развод в 40. Вспомнить о себе

Шестнадцатая глава

Тарас

Чёрт бы побрал этого урода! Каждая клеточка тела ноет, особенно в районе солнечного сплетения, даже дышать мучительно. Воздух, кажется, застревает где-то на полпути, и каждое движение отдаётся острой болью. Я буквально врываюсь в свой кабинет, отчего дверь с грохотом ударяется о стену.

Нет сил даже присесть в своё любимое кожаное кресло. Несколько часов в Следственном комитете… да чтоб они там все передохли! Эти крысы в погонах, словно стая гиен, набросились на меня, уговаривая, признаться во всех смертных грехах. Домашнее насилие, нанесение телесных повреждений… Да я её пальцем не тронул! Ну, может, слегка прижал, чтобы до неё дошло, что семья – это святое.

И вся эта канитель из-за какого-то хмыря, который решил поиграть в рыцаря! Кто он вообще такой, этот герой доморощенный, что по его звонку менты примчались, как по команде сверху? И ведь всё обставили так ловко, словно это я виноват, как будто я какой-то маньяк. Скоты!

Только благодаря связям удалось выпутаться. Пришлось потревожить некоторых людей, чтобы замять это дело по-тихому. Но сколько это стоило нервов! И денег, разумеется. Всё, как обычно, упирается в связи и деньги. Благо у меня это всё есть. Резко опускаюсь в своё кресло и с трудом сдерживаю рвущиеся с языка ругательства, ощутив новый приступ боли.

Голова гудит, тело ноет, и внутри словно кошки нагадили. Тома, Тома… В последние дни она стала слишком часто выводить меня из себя. Но, стоит отдать ей должное, всё же она заступилась за меня. А значит, ей не всё равно, просто решила набить себе цену и поиграть в недотрогу. Надеется, что так я осознаю свою ошибку.

А тут нет никакой ошибки. Я захотел, я взял. В конце концов, у мужчин это в крови. А дело жён встречать нас дома с тапочками в зубах. Хотя и это, как показала практика, дико утомляет. Но и я хорош, кажется, перегнул палку. Но этого гада я без внимания точно не оставлю, ещё доберусь до него. И тогда он поймёт, что лезть в чужие дела – себе дороже.

Да и с Томкой надо мириться. Не знаю, что в ней изменилось, но зацепила она меня как тогда, при нашем с ней знакомстве, особенно когда схватила меня за причиндалы. Мне аж крышу сорвало. Я даже Алиску отослал погулять по магазинам, а сам за ней поехал. А она словно специально стоит вся такая: глаза горят, щёки пылают, просто бери и бегом в койку.

Да я ей даже ребёнка предложил завести. А что, идея – огонь! И ей не до меня станет, будет и дальше дома сидеть и меня недоставать. А со стороны – идеальная семья, повышаем демографию и всё тому подобное. Делов-то, Анька вон у нас с первого раза получилась. Так нет, Тома решила шоу устроить.

Ладно, она ещё за это отработает. А пока цветы ей что ли подарить? Чего она там любит? Лилии? Розы? Дожил, цветы собственной жене собираюсь дарить. Так, самое время немного расслабиться. Кажется, у меня в сейфе ещё должно было остаться пару бутылок.

Не успеваю подняться, как в дверь раздаётся стук. Не дожидаясь ответа, в кабинет врывается Алиса.

– Ты, часом, департаментом не ошиблась? – рявкаю я, поскольку она явно собирается продолжить свой фееричный приход какой-то громкой тирадой.

– Как ты так можешь? – она стоит, обиженно поджимая губы. – Меня твоя грымза за волосы оттаскала, из квартиры выгнала, обозвала последними словами, да она такого там навыдумывала…

– Так, стоп, – резко прерываю я её словоблудие. – Тебя какого лешего на ту квартиру понесло, когда я тебя конкретно по магазинам отправил погулять?

– У меня не было настроения.

– Значит, мало тебе Тома космы повыдергала, а вот выражения я сейчас и покрепче для тебя подобрать смогу.

– Ты её защищаешь? – от удивления она даже округлила свой рабочий рот. – Да ты должен сейчас же поехать туда и заступиться за меня.

– Что я должен сделать? Заступиться за тебя? Ты сейчас это серьёзно?

– Тарас, но ты же обещал мне, что мы…

– Что мы? – я поднимаюсь из-за стола и в несколько шагов оказываюсь рядом с ней. – Я думал ты намного умнее, а ты и правда годишься лишь для одного.

Резко разворачиваю её и укладываю грудью на стол, а сам тут же ныряю к ней в трусики. Несмотря на всю свою браваду, Алиска лишь тихо стонет, когда я ласкаю её, и шире раздвигает ноги. Послушная девочка. Несколько секунд, чтобы приспустить штаны и надеть презерватив, а следом я резким толчком оказываюсь в ней.

Вот только это не приносит мне привычного удовлетворения. Меня впервые раздражает её доступность, податливость, да даже её цветочный аромат сейчас вызывает лишь приступ раздражения. Словно назло перед глазами появляется образ Томы, и мне требуется лишь пара мощных толчков, чтобы достигнуть кульминации. Вот это нежданчик.

Так, ладно, пора заканчивать с этой ерундой и приниматься за работу.

– Всё, свободна, Алис, у меня ещё куча дел, – резче, чем хотел, произношу я.

Её взгляд полыхнул неприязнью, губы задрожали от едва сдерживаемых эмоций, а в глазах застыли слёзы.

– Ты обещал мне, что разведёшься с ней! – с вызовом произносит она.

– Обещанного три года ждут, – усмехаюсь я.

– Ну ты и козёл, Тарас, прямо под стать своей жене!

– А ты ничего не попутала, моя сладкая? Не слишком много на себя берёшь? Или напомнить тебе, благодаря кому ты получила тёпленькое место?

– Прости, любимый, – она бросилась на меня, тем самым вызывая ещё большее отвращение. – Я так хочу засыпать и просыпаться с тобой, а когда ты возвращаешься к ней, меня ревность душит.

– Ну, значит, можешь теперь вздохнуть спокойно. Свободна! – я хватаю её за руку и вывожу из кабинета, несмотря на все её причитания.

Едва за ней закрывается дверь, как пронзительно звонит стационарный телефон. Не к добру это, учитывая, что на этот телефон звонят только по очень важным делам. Беру трубку, стараясь придать голосу максимум спокойствия.

– Слушаю, – произношу я ровным тоном.

В трубке воцаряется тишина, такая давящая, что становится трудно дышать. А потом раздаётся голос, от которого у меня по спине пробегает холодок. Это министр.