Развод в 41. Мне пришлось стать сильной

Глава 6

Юлия

– Ну, ладно! Хватит грустить!

Стараюсь придать своему голосу бодрости, которую не чувствую.

– Устроим сегодня день ленивых забав?

Дети робко поднимают на меня глаза.

– Что это, мама?

– День, когда мы будем объедаться пиццей, мороженным и нас за уши не оттащишь от мультиков!

– А как же папа? – тихо переспрашивает Маришка.

– А папа… папа сейчас очень занят, – говорю я. – А мы устроим себе праздник. Сами.

Иду готовить. Включаю музыку погромче, чтобы заглушить непривычную тишину большого дома. Режу колбасу, тертый сыр высыпаю горкой, раскладываю основу.

Нужно заказать моцареллу, оливки и свежих помидоров. А, и, конечно, не забыть мороженное.

Пальцы быстро летают по экрану, привычно складывая продукты в корзину.

Заказ, и кругленькая сумма улетает со счета.

Я делала так тысячу раз, но сегодня… именно сейчас, что-то заныло.

Дима очень хорошо зарабатывает и обеспечивает семью. Только вот мы, видимо, больше не его семья…

Поэтому с деньгами надо экономнее, пока ситуация не прояснится.

Дети спускаются вниз ко мне и располагаются на диване перед телевизором.

Почти обычный субботний зимний день…

Почти…

Пицца получается пышной и золотистой.

Приношу детям на диван и сажусь к ним в серединку – тут же прижимаются, как маленькие бездомные котята.

Смотрим «Холодное сердце» в сотый, наверное, раз, но сейчас даже Гриша помалкивает.

Жует задумчиво любимую пиццу и смотрит неотрывно в экран.

Сижу с ними, улыбаюсь мультфильму, смеюсь автоматически над шутками и выходками снеговика… А сама постоянно думаю о деньгах.

Деньги, деньги, деньги!

Я выросла в скромной семье с небольшим достатком. Мы никогда не шиковали, и у меня не было и десятой доли того, что есть теперь у моих детей.

Мама – обычная учительница в среднеобразовательной школе. Папа…

При мысли об отце, сердце стискивает застарелой болью – он погиб.

Утонул на рыбалке, спасая какого-то паренька из воды.

Я уже взрослой была, только по мне это ударило не меньше, чем будь я ребенком.

Был бы папа жив, он бы не дал меня в обиду – он всегда заступался и баловал меня…

И, хоть денег у нас особенно никогда и не было, но пока был жив папа я была самым счастливым ребенком.

А теперь безденежье реально замаячило перед моей семьей.

Нет, я работаю и неплохо зарабатываю, но…

Оплата гимназии, квартиры, если нам придется съехать из дома… Детям надо постоянно кучу всего…

Голова начинает болеть от напряжения.

Надо попросить дополнительную нагрузку на работе, и как можно быстрее.

Поднимаюсь убрать посуду, а Гришка подрывается первым:

– Сиди-сиди, мам, я сам.

Улыбаюсь ему и благодарю – мой маленький защитник.

– А можно нам мороженное? – заглядывает в глаза Маришка.

– Угу. Гриш, захвати, пожалуйста – я в холодильник ставила.

Когда он приходит, я поднимаюсь:

– Смотрите, а я мне нужно позвонить.

Только вот не представляю кому звонить. С кем я могу поделиться такой проблемой?

И что теперь делать?

Я никогда не думала, что меня коснется измена любимого мужа…

В голове только одна кандидатура – мама.

Но после нашего разговора, слышать ее совсем не хочется.

Расхаживаю по кухне, трусливо поглядывая на телефон.

Кто еще может дать совет? Кто еще может помочь, когда даже муж – самый родной и близкий человек отвернулся?

Мама.

Она же мама. Всю жизнь, что бы ни случилось – ссадина, двойка, первая любовь – я бежала к ней. Эта привычка вшита в подкорку, как инстинкт.

– Не стоит… не нужно, – шепчу сама себе.

Но палец уже находит ее номер в избранном. Сердце глухо колотится.

Мне просто необходимо с кем-то поделиться. Получить совет.

Разумом я понимаю, что, может быть, делаю неверный шаг, но привычка – сильнее.

Все-таки набираю. Долгие гудки. Каждый – как удар по нервам.

– Алло, – ее голос сухой, ровный, без интонации.

– Мам, привет, это я, – и сразу ненавижу себя за эту подобострастную нотку.

Я сжимаю телефон так, что пальцы белеют.

– Мам, я… – во рту пересыхает. – Мне очень плохо, мам…