Развод в 43. Без права на ошибку

Глава 1

– Нужно подготовить гостевую спальню, – с порога заявляет муж, всучив мне букет. – Сегодня.

– К нам кто-то приедет?

– Переедет. Моя любовница.

Мои брови взлетают вверх. Я впиваюсь взглядом в мужа. На его лице не дергается ни единый мускул.

Муж у меня красивый. По-мужски, с суровыми и жёсткими чертами лица. Но красивый, даже в пятьдесят пять.

Сильные черты лица: резкие, выразительные. Сталь в висках делает мужа ещё более притягательным.

Его тёмные глаза смотрят на меня изучающе, словно высчитывая каждый мой вздох. Линия чувственных губ остаётся нетронутой.

Хотя я жду, когда он улыбнётся. Этот момент всегда сводит меня с ума. Когда этот хмурый здоровяк улыбается.

Мгновенно становится тёплым, родным. В такие моменты он ещё сильнее цепляет моё сердце.

Но муж не улыбается. Мозг запоздало обрабатывает информацию.

Его любовница. Переедет в наш дом.

Мои губы приоткрываются, а после…

Я начинаю смеяться. Мой звонкий смех заполняет пространство, я не могу остановиться.

– Боже, Миш, – мои плечи продолжают трястись. – Любимый, это твоя самая нелепая шутка.

Я разворачиваюсь, направляясь на кухню. Быстро набираю воду в вазу, опускаю туда тюльпаны.

Я поглаживаю нежные лепестки, любуюсь ими. Муж редко проявляет романтические жесты, не такой он. Но на праздники всегда.

Бросаю взгляд на часы – успею посмотреть счета до обеда или сначала приготовить что-то.

– Олеся, – строго произносит муж, заходя за мной.

– Ой, забыла.

Спохватываюсь, чувствую себя глупышкой. Быстро подлетаю к мужу, оставляя поцелуй на его щеке.

Щетина привычно колется, вызывая вспышки внизу живота. Прижимаюсь сильнее.

Я солгу, если скажу, что спустя двадцать лет вместе эмоции такие же, как вначале. Они сейчас другие, глубже.

Проросли в недра души, пустили корни. Пульсируют, напоминают о себе. Всегда со мной.

Но такие моменты между нами – они вспышками подогревают наш очаг любви.

– Спасибо большое за цветы, – улыбаюсь я. – Мне очень приятно.

Я поглаживаю плечи мужа, снимаю с его пиджака несколько соринок. Удивлённо растираю между пальцами шерсть какого-то животного.

У нас их нет. У старшей дочери на них аллергия. Хм.

– Миш, ты где кошку нашёл? – удивляюсь. – И на встрече – ты поел?

– Да, но…

– Отлично, значит, обед можно подавать позже.

Дети постоянно забегают, что-то тащат с кухни. Поэтому они точно не голодные. А у меня будет время приготовить праздничный обед.

Восьмое марта, как-никак.

Я сгребаю документы в одну папку, хочу убрать всё на подоконник. Кухня – это мой маленький кабинет.

Я помогаю мужу по мелочам, то тут, то там. А ещё на мне дом и дети, поэтому всё в куче.

Миша прислоняется бедром к кухонному островку, внимательно следит за мной. Я тоже поглядываю на него.

В очередной раз радуюсь тому, какой муж мне достался. Миша бывает строгим, но на самом деле он…

Почти мишка, которого вечно хочется обнимать.

Рубашка мужа расстёгнута на пару пуговиц, обнажая загорелую кожу. Под тканью – сильное тело, уверенная осанка.

– Олесь, – тяжело вздыхает муж. – Затормози. Я не шутил.

– А? – не понимаю, о чём говорит Миша. – В плане? Когда?

– Когда сказал про любовницу. У меня есть любовница. Она беременна.

– Что? Не говори ерунды. Что за нелепые шутки?

Я машу рукой, как будто так всё сказанное исчезнет. Слова, угроза, повисшая в воздухе.

Но муж не улыбается. Он хмурится ещё сильнее. В его глазах холодный металл.

– Олеся, – произносит резко и раздражённо. – Послушай меня.

– Нет, – я мотаю головой, невольно отступая на шаг. Мне не нравится этот разговор. Очень не нравится. – Нет, ты шутишь.

– Я, блин, трахал другую. Что в этом сложного для понимания?

Слова мужа бьют сильнее пощёчин. Воздух уходит из лёгких, в солнечном сплетении горит.

Я разжимаю пальцы. Папка с глухим звуком ударяется об пол. Листы выскальзывают наружу, разлетаются.

Но я смотрю только на мужа. Жду, что это его ужасная, жестокая шутка. Но Миша остаётся беспристрастным. Серьёзным.

Мужчина, которого я любила более девятнадцати лет. Человек, чьё дыхание я могла угадать среди ночи.

Чьи привычки я знала до мелочей. Чьи касания я чувствовала даже тогда, когда он не был рядом.

Он…

Был с другой.

Признание царапает кожу, оставляет порезы, разрывает что-то внутри. Я не могу это принять.