Развод в 44. Без права на прощение

Глава 8.2

После уроков я еду в ресторан. За рулем стараюсь не думать, не анализировать, не строить ожиданий. Но сердце все равно бьется чаще, чем обычно. Это не паника, нет, а волнение. Просто странное предчувствие. Будто этот вечер что-то изменит.

Захожу в ресторан и сразу замечаю Ивана. Он сидит за столиком у окна. Едва в переступаю порог ресторана, он поднимается. Выглядит впечатляюще — черная рубашка и брюки, пиджак накинут на спинку соседнего стула. Усталый, но в то же время собранный. Ловит мой взгляд, и я на секунду замираю.

Он протягивает руку, которую я сразу же пожимаю. Его ладонь теплая, крепкая, он будто большим пальцем гладит кожу. Всего мгновение, но мурашки рассыпаются по телу. Иван жестом приглашает меня сесть. Опускаюсь напротив, сглатываю. Я не понимаю, по какой причине волнуюсь. Но это точно не из-за того, что я буду вынуждена рассказать все о своем браке адвокату. Меня волнует мужчина напротив, — он смотрит в упор. Взгляд заинтересованный, прожигающий насквозь.

Официант почти сразу приносит меню. Мы делаем заказ молча, хотя вроде бы я пришла не ужинать. Спустя некоторое время я не чувствую волнения, только спокойствие. Непринужденность. И пусть внутри все равно дрожит легкое напряжение — мне хорошо рядом с Иваном. Спокойно. Даже слишком.

— Я, если честно, думала, что вы будете не один, — говорю, глядя на него. — Где адвокат?

Он чуть улыбается.

— Давай без «вы». Просто Иван. И ты — просто Ярослава.

Я тоже улыбаюсь. Киваю.

— Хорошо. Иван. Но тогда, извини, я все-таки жду ответа на свой вопрос.

Он откидывается на спинку стула, смотрит прямо в глаза.

— Сегодня я хотел поговорить с тобой наедине. А завтра приглашу адвоката. Он готов подключиться к делу.

Я вскидываю бровь.

— Это твой знакомый? Наверняка сотрудничает с тобой давно…

Чувствую себя школьницей, которая впервые приняла предложение парня поужинать с ним. Не знаю, о чем говорить.

— Познакомился с ним недавно. Но он очень грамотный. Спокойный и надежный. Думаю, ты будешь в выигрыше, если согласишься с ним работать.

Слишком уверенно он говорит. Слишком быстро все организовано. Неожиданное знакомство с Иваном, не менее странное продолжение…

— А откуда ты его знаешь?

Иван не отводит взгляд. Отвечает спокойно, без паузы:

— Он был адвокатом моей жены, когда мы разводились.

Я моргаю. Переварить услышанное не получается сразу. Даже смеюсь тихо, нервно.

— Твоей жены? То есть… ты тоже развелся?

— Да, — отвечает он просто. — Совсем недавно. Мы были вместе больше двадцати лет.

Я даже не могу скрыть своего удивления. Больше двадцати лет. Это как нож в грудь. Мой брак длился почти столько же.

— Ты так спокойно об этом говоришь. Ну и не могу промолчать про твою откровенность. Не каждый будет докладывать про свою личную жизнь едва знакомому человеку. Ты со всеми такой?

— Нет, конечно. Про мою личную жизнь сейчас почти никто ничего не знает, Яра. Да и вообще, многие знакомые не в курсе, что я развелся.

— А я уже знаю, — усмехаюсь. — И после развода… вы остались в нормальных отношениях? Судя по тому, что ты советуешь мне адвоката своей жены…

— Наш развод рано или поздно состоялся бы. Тянуть смысла не было. Ради детей. Ради самих себя... Не хотели стать врагами. Сейчас она замужем за тем самым адвокатом.

Я не сразу понимаю, что он сказал. Смотрю на него в полном ошеломлении.

— Подожди. Она… замужем за этим адвокатом? Я не ослышалась?

Он кивает. Все тот же спокойный, но сейчас немного печальный взгляд.

Официант возвращается, сервирует стол. Мы молчим, пока он расставляет приборы. Я в шоке. Странная смесь из недоумения, растерянности и… непонятного восхищения.

Когда мы остаемся одни, Иван продолжает, будто знает, о чем я думаю.

— Я совершил ошибку. Много лет назад. Изменил. Это было разово, глупо. Но жена меня простила, однако все было не так, как начиналось изначально. Мы отдалились. Потом, буквально несколько месяцев назад всплыли какие-то слухи, домыслы. Появилась женщина, которая все испортила окончательно. Пришла с ребенком, сказала, что он мой. Врала, но все равно... Даже когда все встало на свои места, исправить что-либо было поздно. Наши отношения давно остыли. Мы стали чужими. Решили, что честнее будет отпустить. Каждый пошел своей дорогой, хоть я и старался ее вернуть. Понял, что она счастлива с ним. Не стал лезть к ней.

Слушаю его, чувствуя, как внутри все сжимается. Потому что я не представляю, как можно пройти через такое и остаться в нормальных отношениях. Я даже не уверена, что смогу когда-либо общаться с Эдиком. Для меня это все еще гнойная рана. Открытая, болезненная. Даже дышать порой тяжело.

— Ты с этим смирился? — спрашиваю я. — И ты рад, что она счастлива?

— Да, — отвечает он. — Не держу зла, потому что сам виноват. Хочу, чтобы у нее все было хорошо. Как и у меня. Как и у тебя.

Я отвожу взгляд. Не могу выносить это спокойствие. Оно давит, потому что я сама вся в хаосе, в боли, в попытках собраться по кусочкам.

Но рядом с ним… Мне кажется, что со временем я тоже справлюсь. И как бы это ужасно не звучало, иногда мне кажется, что я даже рада измене Эдуарда. Потому что… рядом с ним я давно не чувствовала себя как прежде. Это не из-за того, что у него не было денег. Не из-за того, что я обеспечивала семью. Нет, совсем не так. А потому что раньше мы были гораздо ближе. Обсуждали все на свете, он понимал, поддерживал меня. И в какой-то момент мы стали чужими. Я же не заметила, потому что полностью окунулась в работу и не заметила холода между нами.

— Не знаю, Иван, — качаю головой. — Я совсем не думаю так, как ты… Мне сейчас неприятно думать, что после всего, что сделал мой муж, я останусь с ним в хороших отношениях. Даже из-за дочери. Впрочем, она выбрала отца, поддерживает его выбор. Наверное, ситуации разные…