Развод в 445. Ты проиграешь пари, дракон!

4. Первое испытание

Аурелион

Торт? Да это же издевательство!

После многовековой службы во благо королевства, после всех битв и одержанных побед меня судят по умению печь торты. Я готовился к поединку, к испытанию магией или силой, а не к кухонной возне!

Игнисия, конечно, в своем репертуаре. Услышав задание, она тут же вздернула нос и объявила, что создаст “магический шедевр, который перевернет представление о кулинарии”. Она всегда любила усложнять.

Я же решил подойти к испытанию как к военной операции — с точки зрения практичности, эффективности и оценки ресурсов. Впрочем, даже несмотря на то, что в моем распоряжении редчайшие ингредиенты со всего Фэйлана, я решил, что блюдо должно быть простым и сытным. Даже если это торт. Я что, девица, розочками его украшать и делать все эти слои?

Мне вдруг вспомнилась оленина, которую я поймал и приготовил для Игнисии во время периода ухаживания. Это священный драконий ритуал, идущий еще от наших предков. Я зажарил мясо прямо на костре. Разумеется, Игнисия осталась в восторге! Умяла всю тарелку, да так быстро, что я и глазом не успел моргнуть!

Давненько я для нее не готовил… Да и не пристало это королю. От меня, как-никак, зависела судьба сотен тысяч людей и драконов.

Вернувшись в замок, мы на время разделились. Игнисия отправилась в свой драгоценный сад, чтобы собрать там какие-то ингредиенты — по условиям задания это не запрещалось. Кажется, она вконец повернулась на своих растениях и решила сделать цветочный торт. Мне же лучше — победа в первом испытании сама плывет ко мне в руки.

Я же направился прямиком в королевскую кухню. В этом огромном помещении обычно суетились десятки поваров и служанок. Сейчас любопытствующая и недоумевающая прислуга осталась за дверью. Веритиус тоже — следить, чтобы мы не привлекли кого-нибудь со стороны.

Пользуясь небольшой форой, я растерянно оглядывал пространство. Впервые за четыре с половиной века мне выпал шанс узнать, где тут что лежит. Не сказать, чтобы я прямо-таки ждал подобной возможности…

Но до полуночи осталось не так много времени. И каждую минуту я должен был провести с пользой. Так что, не откладывая дела в долгий ящик, я сгрудил на столе все необходимое и принялся замешивать плотное тесто для бисквита.

Вскоре вернулась и Игнисия — с небольшой плетеной корзинкой. Вероятно, с дарами сада. Готовить нам необходимо было вместе. Точнее, по отдельности, но на одном пространстве. Почему — ума не приложу. Но… с Изначальным Драконом не спорят.

Поглядывая на Игнисию, я заметил, как она колдует над хрустальной чашей. Она добавляла туда лепестки, сверкающие серебром, как чешуя Веритиуса, какой-то искрящийся порошок и еще какую-то ерунду, от которой воздух мерцал радугой.

— Ты часом задания не перепутала? — не удержался я. — Нам, кажется, поручили создать торт. А не какое-нибудь чудодейственное зелье.

Не удивлюсь, если дойдет и до этого.

— Не перепутала, — сощурила глаза Игнисия.

А из плетеной корзинки на свет появлялись все новые компоненты будущего торта. Или чего она там задумала.

— Твой торт будет вызывать пророческие видения? Или усыплять дегустатора?

— Мой торт будет произведением искусства, — парировала она, не глядя на меня. — А не скучной и безвкусной набивкой для живота.

Я громко фыркнул. Однако не мог не признать: смотреть на колдующую над тестом супругу было… интересно. С проснувшимся вдруг азартом она взбивала крем. Тонкие пальцы порхали над ингредиентами. Это была не капризная, изнеженная королева, а художник, полный страсти и огня.

Та самая, что когда-то могла призвать звезды в нашу спальню просто для того, чтобы разукрасить потолок и сделать его “не таким скучным”.

Не знаю, что на меня нашло. Возможно, вид раскрасневшейся и помолодевшей лет на двести Игнисии и во мне разжег какую-то искру. Но я вдруг почувствовал себя мальчишкой, которому не чужды шалости и каверзы.

Стоило женушке отвернуться, я вытряхнул ваниль из пиалы прямо на пол и насыпал туда соль. Бесшумно поставил пиалу обратно. Как раз вовремя — Игнисия развернулась к столу с серебряной ложкой. Зачерпнула “ваниль” из пиалы и знакомо сощурилась. Ее взгляд стал таким острым, что, казалось, мог пронзить мою чешую.

— Тайно пробираешься в тыл врага, чтобы подменить припасы? — пропела она. — Как благородно, ваше величество!

Я широко ей улыбнулся.

— На войне все средства хороши.

— О, тому, что ты следуешь этому принципу, я не удивлена. А вот то, что ты по-прежнему меня недооцениваешь… Вот это поражает.

Посмеиваясь, я вернулся к замешиванию теста. Что же, в чем-то Игнисия права. Но признавать это я, естественно, не собирался.

Через полчаса она мило улыбнулась мне и сказала, что ее крему нужно “настояться под лунным светом”. Поставила хрустальную чашу на подоконник и была такова. Я поставил форму с бисквитом в печь. Кажется, я несколько не подрассчитал — теста вышло уж очень много.

Впрочем, Игнисия своим колдунством невольно подала мне идею. Что, если сам Изначальный Дракон не одобрит “слишком скучный” торт? Проигрывать жене даже в самом простом испытании из-за такой мелочи я не собирался.

Нет, мой торт все еще будет лаконичным, основательным, без всех этих шелковых розочек и магической мишуры. Но… не самым обычным. И кода бисквит выпекся в магической печи, я дал ему поостыть. А после вооружился ножом и принялся создавать из него… форт.

Вскоре мое бисквитное фортификационное сооружение было готово. Осталось только покрыть его глазурью из темного шоколада. Я занялся ею, но мой взгляд то и дело возвращался к чаше на подоконнике. Я только попробую, чего же там такого наколдовала моя женушка…

Каково же было мое удивление, когда, слизнув крем с ложки, я почувствовал знакомый жгучий вкус. Драконий перец. Тот самый, с помощью которого мы, мальчишки-драконы, подшучивали друг над другом.

Я чихнул. И не просто чихнул, а выпустил сноп пламени прямо из ноздрей. Да, порой с обсидиановыми драконами такое случается, даже в человеческой форме. Но со мной подобное не происходило с шестидесяти лет, когда закончился этот ужасный подростковый период. Неловко-то как…