Развод в 445. Ты проиграешь пари, дракон!

9. Тяжелая ноша

Игнисия

Если бы еще неделю назад кто-то сказал мне, что я буду добровольно проводить утро в Военном Зале, изучая карты с маркерами, обозначающими передвижения демонических орд, я бы рассмеялась ему в лицо и посоветовала проверить голову у придворного лекаря.

Но вот она я, сижу за огромным дубовым столом, заваленным донесениями разведки. И чувствую, как ледяная тяжесть сжимает сердце.

Это была не какая-то там “войнушка”. Это был настоящий кошмар.

Передо мной лежал рапорт капитана северного гарнизона. Сухой, лаконичный язык, лишенный всяких эмоций. “Потери среди гражданского населения: 47 человек. Пропали без вести: 12. Демоны использовали тактику засад, атакуя из мира теней. Огненные атаки неэффективны”.

Сорок семь человек. Не абстрактные “потери”, а фермеры, ремесленники или даже чьи-то дети. Все эти годы Аурелион принимал такие рапорта каждый день. А я в это время жаловалась на отсутствие бегоний.

Я отложила свиток и взяла следующий. Донесение от магистра разведки. И от него кровь стыла в жилах.

“...подтверждаются данные о способности высших демонов к ментальному воздействию. Зафиксированы случаи подчинения воли стражников, что привело к открытию ворот форпоста “Серый Утес”. Погиб весь гарнизон. Огненное дыхание не наносит демонам значительного ущерба. В облике дракона мы опасны для людей из-за своих размеров. Возможны побочные жертвы...”

Проклятые создания! Они не просто сильны. Демоны — не просто дикие безмозглые твари, как мне всегда казалось. Они умны, коварны и обладают дьявольскими способностями. Они не боятся нашего главного оружия — огня. И они атакуют там, где мы, драконы, в своей истинной форме наиболее уязвимы — среди людей, в городах и крепостях.

И тут все кусочки пазла сложились в единую, ужасающую картину. Вот почему Аурелион все эти десятилетия с таким упорством, доходившим до одержимости, тренировался с мечом в человеческом облике. Вот почему он проводил бесконечные учения с армией и так остервенело муштровал своих воинов.

Мой муж не играл в солдатики. Он отчаянно пытался найти способ защитить наше королевство от врага, против которого мы, могучие драконы, почти бессильны. Он учился сражаться так, как это единственно возможно — без огня, без крыльев, полагаясь только на сталь, стратегию и волю.

Я откинулась на спинку кресла. Внутри разгоралось чувство стыда и горького, запоздалого прозрения.

Все эти годы я видела усталость, раздражительность Аурелиона и списывала это на его скверный характер. А он нес на своих плечах груз, который мог бы сломать кого угодно. И ни слова не сказал мне. Ни разу не попытался оправдаться, когда я обвиняла его в том, что он одержим “глупой войнушкой”.

Веритиуса я нашла в библиотеке с книгой в руках. Его серебряные глаза, казалось, видели меня насквозь. Я рассказала о том, о чем прочла только что в отчетах.

— Почему Аурелион ничего мне не рассказывал? Почему не говорил, как на самом деле опасны демоны? Почему не отвечал на мои несправедливые нападки, не защищался?

Это ведь так на него непохоже…

— Потому что он знал, насколько вы чувствительны к чужой боли, ваше величество, — спокойно отозвался придворный мудрец. — Его величество видел, как вы переживали из-за гибели одного оленя. Знал, как вы тайком помогали семьям погибших солдат. Он не хотел обременять вас этими ужасами. Хотел... оградить вас. Дать вам возможность жить в мире гармонии и спокойствия, который вы так любили.

Оградить. Защитить.

Все эти века Аурелион не просто отдалялся по своей прихоти. Он строил вокруг меня крепость из молчания, чтобы я могла дышать чистым воздухом, не зная, как пахнет сера и кровь за ее стенами. А я в ответ называла его солдафоном, занудой и упрямцем.

— Какой же он... дурак, — выдохнула я, мазнув по лицу тыльной стороной ладони. — Глупый, благородный ящер!

Неужели он считал меня тепличным цветком? Считал, что я не вынесу суровой правды?

Но теперь я знала ее. Я увидела войну с демонами и собственного мужа в совершенно новом свете. И этот свет был безжалостным. Он обжигал меня и заставлял чувствовать себя самой большой эгоисткой во всем Фэйлане. А еще — очень наивной четырехсотлетней драконицей.

Я вернулась в Военный Зал. Теперь, когда я смотрела на карту, усеянную вражескими метками, во мне пылал огонь стыда и решимости. Я не могла повернуть время вспять и забрать назад брошенные мужу колкости. Но я могла сделать все, что в моих силах, чтобы помочь ему сейчас.

Даже если мы уже противники. Даже если без пяти минут в разводе.

Аурелион нес свой крест в одиночку слишком долго. Пришло время мне взвалить часть его ноши на себя.