Развод в 445: Верни мой огонь, дракон!

Глава 4. Есения не понимает

Работа и встреча с подругами дали небольшую передышку. Но когда Есения прилетела домой – на этот раз позже, а не раньше, – сознательно оттягивая момент возвращения, отчаяние, боль, гнев, все это нахлынуло снова при виде особняка.

Приземлилась у ворот, обернулась там же, прошлась по главной дорожке. Замок, выстроенный предками Яррена, маячил перед ней темной громадой. Драконьему зрению было не нужно, но Есения всегда любила украшать дом светом. Когда-то это были факелы и свечи. За последние двадцать лет прогресс в магии и технологии рванул вперед с немыслимой скоростью, заменив живой огонь электричеством и магическими артефактами. И все эти новшества драконица с удовольствием внедряла в собственном жилище.

Как и вчера, Есения удивилась тому, что огоньки вдоль дорожек не зажглись сами по себе. Она послала импульс, но сад оставался темным.

В одном из окон теплился неяркий свет. Драконица задрала голову и вгляделась в громаду особняка. Это кабинет мужа, в котором, судя по всему, горел камин.

Оттуда слышались смех и разговоры. Яррен смеялся… Только снова без нее. Зато он еще может смеяться! Посмотреть бы, с кем.

Внутренности обожгло нехорошим предчувствием, словно женщина глотнула крутого кипятка. Подняться к нему поздороваться? Но ведь она вчера ушла от него в полном раздрае. Явиться к нему сейчас и получить снисходительный взгляд и комментарий в духе «Успокоилась? Молодец!»… Это будет довольно унизительно.

Есения все же зашла в дом, тихий и словно пустой. Особняк содержался не только магией, у них работала люди: и на кухне, и в саду. Но сейчас уже поздно, все разошлись по домам. Драконица иногда завидовала: относительно короткая жизнь заставляла людей держаться дружными маленькими кланами, поддерживая всех членов семьи. А вокруг нее самой словно разреженный воздух… Или даже вакуум, пространство без частиц, про которое рассказывала Инириэль. И этот вакуум с огромной скоростью высасывал из нее энергию.

Вдруг ощутив, что стены особняка словно смыкаются вокруг нее, она взбежала быстро по лестнице, в приступе паники почти вслепую рванула к единственному источнику жизни в досягаемости. К Яррену, который всегда был ее якорем. Любимый дом вдруг превратился в темный незнакомый лабиринт. Как ей удалось заблудиться в нем? Вот эта дверь ведет в галерею? Есения неловко дернула ручку, ударилась плечом. Почему не открывается?

Ах, нет, просто защелку заело… Выскочила на галерею, огляделась. Где же кабинет? Глянула вниз, в просторный холл, и ее, драконицу, парившую в облаках, позорно затошнило. Да что с ней такое? Попыталась вдохнуть, но воздух едва проходил в сжатые спазмом легкие.

– Яррен? – хотела крикнуть она, но из горла вырвался только тихий хрип. – Яр!

Тени облепили ее со всех сторон, не давая нормально оглядеться. Так где же кабинет?

И вдруг она вновь услышала смех. Да, точно, вон тот коридор, из галереи направо… Как сразу не сообразила? Ноги обрели подвижность, и она побежала туда, к нему. Почти со слезами облегчения толкнула дверь… И та не поддалась.

– Яррен! – снова всхлипнула Есения, отчаяние накатило волной.

Снова дернула дверь, и та, наконец, открылась – наружу, а не внутрь.

Тяжело дыша, она замерла на пороге кабинета. Внутри и правда весело плясал огонь в камине, бросая теплые отблески на лица сидевших в креслах мужчин. Есения испытала невероятное облегчение: кажется, она подсознательно ожидала увидеть с Ярреном кого-то другого.

– Добрый вечер, леди Рааргрин.

Дракон, сидящий напротив ее мужа, поднимается с кресла и вежливо склоняет голову, прежде чем вернуться на место. Яррен даже не пытается подняться, удостаивая ее лишь кивка.

– Простите, что задержал вашего супруга по работе, уже довольно поздно. Я скоро уйду.

Это Кейн, сообразила она, один из помощников лорда Рааргрина. Сердце все еще колотилось так, что едва не выпрыгивало из груди. Из-за его стука она с трудом разобрала слова. Кивнула в ответ, бессильно опустилась в третье кресло чуть поодаль, игнорируя раздраженный взгляд мужа.

Сейчас она просто не в состоянии выйти отсюда. Во рту собралась горькая слюна, виски гудели, колени ослабли.

Мужчины вернулись к беседе. По крайней мере, Кейн продолжил как ни в чем не бывало докладывать лорду Рааргрину о продвижении нового законопроекта и связанных с ним переговоров. Молодой дракон изредка косился в сторону Есении и даже пытался втянуть ее в обсуждение.

– Леди Рааргрин, я помню, вы тогда внесли очень дельное предложение во время реформы магического образования, – Кейн вдруг развернулся ко мне всем телом. – Не подскажете, как вам удалось про…

– Кейн, Есения сейчас не в том состоянии, чтобы обсуждать важные дела, – перебил его Яррен. – У нее свои переживания.

– Но…

Есения все никак не могла отдышаться. В глазах вроде бы прояснилось, и недавний забег по темным коридорам начинал казаться какой-то глупостью. Ну чего она испугалась в самом деле? Она не больна, а то, что магия работает как-то неправильно – скорее всего, следствие бессонной ночи. Голоса мужчин доносились как сквозь вату, но само их присутствие успокаивало. Она даже не сразу поняла, что именно спросил помощник мужа. И, к своему стыду, была рада, что тот избавил ее от необходимости отвечать. Хотя и в такой форме, что она тут же почувствовала себя истеричкой.