Развод в 45. Добьюсь всего сама

Глава 1

Я ехала уставшая в такси из аэропорта. Девятичасовой полет из солнечного Тайланда, а затем еще несколько часов изнурительной дороги до нашего городка давало о себе знать. Оставалось всего двадцать мучительных минут, и я наконец-то смогу растянуться и расслабиться на моей большой кровати.

На самом деле, это путешествие с Леной прошло замечательно. Наконец-то мы могли позволить себе такое – наши дети выросли. Мой старший сын Антон работал с мужем в его фирме, а младшая дочка Арина (как и дочка Лены), погрузилась в водоворот студенческой жизни в Санкт-Петербурге, лишь изредка балуя нас своим приездом. Муж же, как всегда, был поглощен своими бизнес-проектами. И вот, в свои сорок пять, я вдруг ощутила себя… немного лишней. С двадцати-двух лет я тащила на себе быт, растила детей, пока муж строил свою «империю» и воплощал амбиции, а тут вдруг не о ком заботиться. Детям я была не так уж и нужна, а муж постоянно был в делах.

Первые полгода было здорово – я занималась только собой, а потом я загрустила. Заметив это, Серёжа предложил поездку в Тайланд на целый месяц, чтобы отдохнуть, перезагрузиться, подумать, чем же мне хочется заниматься дальше. Я бы не решилась отправиться одна, и тогда он, не задумываясь, оплатил путевку и для Лены – моей лучшей, самой надежной подруги. Она долго колебалась, но в итоге согласилась, с присущей ей ответственностью пообещав вернуть всю сумму частями.

И это был поистине волшебный месяц. Мы смеялись до слез, болтали обо всем на свете, сплетничали, посещали экзотические процедуры, танцевали до утра на местных дискотеках, часами плескались в ласковых волнах океана, а вечерами, уютно устроившись, читали и жарко спорили, как в лучшие студенческие годы. Это было так похоже на ту беззаботную пору, только без гнета экзаменов и сессий, без страха перед будущим.

Я набралась сил и впечатлений и решила пойти к психологу, когда вернусь домой, чтобы понять, куда лучше всего двигаться дальше.

Такси остановилось у подъезда, где, как всегда, на старой деревянной скамейке, сидели местные бабушки. Дом был сталинской постройки, с массивными колоннами и высокими потолками. Я мечтала о светлой, современной новостройке, но Серёжа был непреклонен.

– Эта квартира – память о моей бабушке, – говорил он, – я себя нигде больше не вижу.

И, надо признать, он вложил в нее душу и немалые деньги. Внутри все преобразилось до неузнаваемости: современные трубы, новые полы, стильный дизайн – словно другой мир. Но стоило выйти во двор, как попадал в тесный, маленький дворик с поломанной детской площадкой.

Я расплатилась, чувствуя, как усталость накатывает с новой силой, и вышла. Таксист, без лишних слов, вытащил мои вещи – два огромных, набитых до отказа чемодана и два увесистых пакета – и уехал. Я понимала, что самостоятельно мне их ни за что не дотащить. Серёжа сегодня был слишком занят, чтобы меня встретить. Как и Антон.

Бабушки на скамейке пристально наблюдали за моими мучениями.

– Ир, чего-то давно тебя не видно было, – не выдержала одна. – Где ж ты пропадала?

– В Тайланд летала отдыхать, – ответила я, лихорадочно пытаясь придумать, как же мне справиться с этим багажом.

– Отчего отдыхала-то? – тут же подхватила другая. – Ты ж не работаешь, вроде. Хозяйством особо не перегружена, как мы в твои годы, например. Вот мы раньше и руками стирали, и все сами делали… – завелась она, перечисляя все тяготы своей молодости, подхваченная дружным хором остальных.

Сложив пакеты на чемоданы, я, кряхтя и пыхтя, начала медленно двигаться к подъездной двери. Тяжело, но лучше, чем стоять здесь и слушать их.

Когда я наконец-то добралась до двери в квартиру, я была очень злая на мужа, что он меня не встретил. Что за месяц нельзя было дела решить и потратить на жену. которую не видел месяц, час? «Сейчас только зайду, – думала я, – брошу эти дурацкие чемоданы с сувенирами, которые я, между прочим, с любовью для него выбирала, и позвоню ему. Чувствую, будет у нас грандиозный скандал».

Я отперла дверь, с трудом втащила вещи в квартиру и плюхнулась на мягкий пуфик в прихожей, пытаясь восстановить дыхание. Мой взгляд скользил по знакомым полам. Что-то было не так. Квартира была какой-то… пустой. Анализируя эти странные, тревожные чувства, я стала внимательнее осматриваться. И тут меня пронзило: на полках в прихожей стояла только моя обувь. С тех пор, как Сергей стал хорошо зарабатывать, его коллекции обуви росли в геометрической прогрессии, наполняя все свободное пространство. А сейчас – ни одной его пары.

С нарастающим беспокойством я распахнула зеркальную дверь шкафа. И снова – только мои куртки и плащи.

Я разулась и пошла в спальню. Там в шкафу были не только мои вещи – вот его осенние и зимние куртки, его свитера… Облегчение нахлынуло, быстро сменившись новым недоумением. Может, он просто убрал всю свою обувь куда-то в приступе какого-то внезапного желания чистоты?

Я взяла телефон и набрала номер мужа. Гудки, гудки, гудки… Никто не брал трубку. Странно. Он сам с утра не звонил и не писал.

Я прошлась по спальне, и мой взгляд упал на туалетный столик. Там, поверх моих косметических принадлежностей, лежал лист бумаги. С каким-то скверным, предчувствием, я взяла его.

«Не хватило смелости сказать тебе это лично. Я подаю на развод. Пожалуйста, съезжай с квартиры. У тебя три дня. Сергей».

В груди, там, где еще секунду назад билось сердце, вдруг разорвалась бомба, оставив после себя лишь огромную, чёрную, зияющую дыру.