Развод в 45. Двойное предательство переживу назло!

Глава 8. Спаситель...

Прошло всего пару дней, но казалось, будто я прожила маленькую жизнь — полную тишины, простых радостей и душевного спокойствия. Окончательно отрешилась от внешнего мира. Телефон был отключён, новости не интересовали, соцсети тем более. Я пекла себе оладьи по утрам, пила чай в шезлонге, разговаривала с кустами роз, как с подругами, и с удовольствием слушала, как ветер играет в кронах деревьев. Ни один спа, ни одна психотерапия не приносили мне такого кайфа. Поразительно, но я не помнила, чтобы когда-то в жизни мне было настолько хорошо.

И да, я запретила себе думать о прошлом. Выключила функцию памяти, казалось, навсегда. Спряталась от воспоминаний и не позволяла себе впускать их в разум ни на одно мгновение…

И вдруг… всё оборвалось.

Это случилось вечером, в пятницу, если мне не изменяет память. Часов в семь я как раз вытирала руки после того, как приготовила себе невероятно вкусный крем-суп, и вдруг услышала какое-то урчание. Не сразу поняла — показалось или нет. Но звук нарастал. Я подошла к окну и выглянула наружу. Перед домом напротив выстроилась целая процессия из джипов, пикапов и мотоциклов.

Из машин начали вываливаться люди — громкие, нахальные, в чёрной коже, с криками, свистом и дикой музыкой, которая ревела из чьей-то колонки. Одна девица в сетке и на каблуках прямо с кузова прыгнула кому-то на спину, визжа от счастья. Некоторые тут же начали пританцовывать. Похоже, они уже успели набраться. Двое парней устроили драку понарошку — валялись на газоне и хохотали, как малолетки. Пахло бензином, пивом и сигаретами. Праздник жизни, только без мозгов.

Я уставилась на всё это безобразие, как на сюжет плохого фильма. Неужели они решили устроить кутёж? Здесь? В этом тихом месте, где даже собаки лают культурно?

Блин, на кой черт вы всё испортили???

К ночи стало только хуже. Громкость музыки выросла втрое, послышались свистки, вопли, хохот, разборки, только теперь уже настоящие — всё смешалось в один противный гул. Мне пришлось закрыть окна, задернуть шторы и даже натянуть на голову подушку. Сон не приходил. Я крутилась в кровати, как курица на гриле. И вдруг — около часу ночи — раздался резкий звон. Противный, злой звук разбитого стекла.

Я села на кровати, испуганно вытаращив глаза. В груди всё оборвалось. Что это? Кто-то влез в дом?

Что-то во мне переключилось, и я поняла, что не смогу отсиживаться. Нужно узнать, что происходит.

Инстинкт самосохранения был благополучно задвинут за спину гневом и решительностью.

Накинула халат, сунула ноги в кеды, и, схватив телефон, побежала вниз. На кухне дуло холодом. Стекло первого этажа было разбито — валялись осколки, и на полу лежала... какая-то куртка?

У меня задрожали руки. Развернула «подарочек» и обнаружила внутри кожаную сумку, набитую чем-то тяжелым.

Выбежала к воротам. Откуда-то из темноты донёсся пьяный голос:

– Эй, открывайте! Там... э... к вам улетели мои вещи!

Я прижалась к решётке, стараясь разглядеть, кто это. И тут с другой стороны появился он — детина ростом метра два, накачанный, лысый, с серьгой в ухе и злобным лицом. Лет двадцати, не больше. На ногах едва держался, пошатывался от выпитого.

– Это вы мне окно разбили? – рявкнула я, борясь с паникой.

– Эй… баба, сумку верни, пока я добрый, – проговорил парень, сразу же набычившись.

Мой гнев закипал. Нажрутся всякие и портят чужое ищущество!!!

– Я верну вам ваши вещи только если вы заплатите за ущерб! – выпалила я, крепче сжав телефон. – Это окно теперь мне менять. А стоит оно недёшево!

Детина скривился, шагнул ближе. Мне стало нехорошо. Где моя смелость, когда она так нужна?

И тут... в соседних воротах появилась фигура.

Вячеслав.

Вышел он спокойно, но с такой уверенностью, как будто так и надо. Направился прямо ко мне.

Почему-то именно тогда я вспомнила, что выгляжу не очень. Волосы взлохмачены, халат старый…

На мнение этого отморозка мне было плевать, а вот перед соседом стало стыдно до дрожи.

– Что здесь происходит? – спросил он спокойным, холодным тоном. Глаза молодого человека блеснули.

– Он... разбил мне окно, – прошептала я.

Славик повернулся к парню, достал из кармана телефон, открыл камеру и начал снимать.

– Так. Уничтожение чужого имущества. От 5 до 40 тысяч штрафа. Или исправительные работы. Выбирай, парень.

– Чего? – заморгал тот, вмиг растерявшись.

– Или ты сейчас же достаешь из кармана хотя бы двадцатку, и всё решается мирно. Без полиции. И я это видео удаляю, - гнул своё Вячеслав.

Кто бы мог подумать, но это сработало. Буян действительно вынул из кармана мятые купюры и сунул мне в руки тысяч тридцать, не меньше. Я поспешно спрятала их в кармане халата.

– Принесу вашу сумку, – буркнула я и рванула к дому.

Через пару минут вручила ему свёрток. Парень, ворча и спотыкаясь, поковылял обратно к шумной компании, где кто-то уже начал наигрывать на гитаре.

Я осталась стоять у калитки, а Славик смотрел на меня и улыбался.

– Спасибо, – сказала я чуть тише, чем хотела – голос охрип от волнения. – Вы просто меня спасли. И так уверенно говорили... Прямо подкованы в этих вещах.

– Конечно, – ответил он, сверкая своими залипательными ямочками. – Я же директор юридической фирмы.

– Ого! – вырвалось у меня. – А по виду и не скажешь…

– Правда? – засмеялся он. – А кем я тогда выгляжу?

– Ну… – я смутилась. – Больше на актера похожи…

– Да вы мне льстите! – Вячеслав был польщен.

Мы оба засмеялись, а я подумала о том, что сосед действительно удивительно хороший человек.

Дичайшая редкость в нашем мире…

— Теперь я ваша должница, - произнесла то. что должна была сказать. – Разрешите… угостить вас обедом как-нибудь…

- Чудесно! Я не откажусь… – просиял сосед. А я выдохнула. Да, никаких совместных обедов мне не хотелось. Просто я привыкла всегда отдавать долги…

***

В доме стояла тишина, нарушаемая только редкими щелчками холодильника да шелестом дождя за окном. Я сидела на кухне, завернувшись в плед, вцепившись в чашку холодного кофе, словно она могла хоть как-то меня согреть.