Развод в 45. Крылья за спиной

1 глава

Карина

— Беременность восемь недель. Маточная. Я вас поздравляю, Карина Валентиновна.

Врач ультразвуковой диагностики улыбнулась, а у меня на миг дыхание перехватило. Сердце замерло, а потом заколотилось с удвоенной силой.

— Это точно? Вы не ошибаетесь?

— Точно. Беременность уже нежеланная? — уточнила она.

Я отрицательно покачала головой, в горле ком встал.

— Очень желанная. Мечтала о ней двадцать лет. Не верю, что у меня получилось самостоятельно забеременеть. Восемь недель… Я максимум четыре могла отходить и сразу выкидыш…

— После вашего анамнеза, действительно начинаешь верить в чудеса. Можете одеваться. В ближайшие дни запишитесь к акушеру-гинекологу, чтобы вовремя встать на учет. Из-за возраста за вами будет более тщательное наблюдение.

— Я все поняла, спасибо вам большое! Спасибо!

Окрыленная, словно за спиной выросли невидимые крылья, я, с заветной карточкой в руках, где едва различимый силуэт моего малыша, ехала домой. В груди разливалось всепоглощающее, неземное счастье, которым хотелось немедленно поделиться с мужем.

Двадцать лет… Двадцать лет я мечтала стать матерью. Целая вечность, наполненная надеждами и разочарованиями. Мы прошли через мучительный путь: несколько лет подряд выкидыши один за другим вырывали из сердца надежду, затем три безуспешных попытки ЭКО разбили ее вдребезги. Приемного ребенка муж категорически не хотел. К сорока годам я почти отчаялась, смирившись с мыслью, что нам не дано испытать радость родительства.

Но недавно обнаружила у себя задержку. Сначала приняла это за предвестник климакса. Все-таки сорок пятый год. А потом появилась тошнота, и я, повинуясь внезапному порыву, записалась на УЗИ, даже не смея надеяться на чудо. И вот оно… Чудо. Мой долгожданный ребенок.

Как вышла из машины и зашла в квартиру, не помню. Делала все на автомате.

— Стас? Стас, ты дома? — прокричала, быстро скидывая с себя пальто.

Муж оказался в своем кабинете, работая за ноутбуком. Он лениво поднял на меня вопросительный взгляд.

— Что случилось?

Села в кресло, сжав его подлокотники, и посмотрела на своего мужчину.

Я чувствовала себя девчонкой — легкой и радостной, предвкушая, как муж воспримет новость о долгожданной беременности.

— Я была в больнице, — начала издалека.

Несколько недолгих секунд разглядывала его волевое лицо, волосы, тронутые сединой, веселые лучики морщин вокруг глаз.

Как же я люблю его! Сильного, надежного и бесконечно родного! Интересно, на кого будет похож наш малыш?

— И? Ты заболела? — спросил холодно.

Равнодушие мужа неприятно царапнуло за душу и притупило мою радость. Я решила больше не медлить и положила перед Стасом фотографию УЗИ.

Муж убрал ноутбук в сторону и впился в меня внимательным взглядом.

— Что это?

— Я беременна, — выпалила хрипло.

Повисла мучительно долгая пауза.

— Записывайся на аборт, — бросил муж, скользнув равнодушным взглядом по фотографии. — Тебе сорок пять, Карин. Какой ребенок? Ты в своем уме?

— Ты что такое говоришь? — прошептала я, едва слышно. — Двадцать лет… Двадцать лет мы мечтали об этом, и вот, наконец, чудо свершилось…

— Никакого чуда не будет. И если ты хоть немного дорожишь нашим браком, сделаешь так, как я сказал. Мне в пятьдесят лет ребенок не нужен.

Последние слова потонули в белом шуме, заполнившем мою голову. Слезы брызнули из глаз, обжигая щеки.

Я смотрела на Стаса, как на чужого человека. Неужели передо мной тот самый мужчина, которого я любила больше жизни? Тот, кто клялся, что будет рядом в горе и в радости?

— Ты не понимаешь? — всхлипнула я. — Это наш шанс! Наша последняя надежда! Мы так долго этого ждали!

— Карина, очнись! Ты хотела! Ты! Я давно смирился с тем, что у нас не будет детей! — рявкнул муж, вскакивая с кресла. — Какой шанс? Думаешь, я хочу нянчиться с пеленками в моем возрасте? У меня другие планы на жизнь!

Я опустила голову, не в силах вынести его злого взгляда. Внутри все оборвалось. Двадцать лет мечты превратились в прах.

— Ты… Ты просто боишься ответственности, — прошептала я, захлебываясь слезами.

— Да, боюсь! — не стал отрицать Стас. — И тебе советую. Подумай о себе, Карина. О своем здоровье. Ты же не девочка, в конце-то концов! Ребенка нужно поднять, воспитать. У меня сейчас проблемы с бизнесом, ты ни дня в своей жизни не работала. Да я, может, сдохну через пару лет, и что ты одна будешь делать?! Думай головой!

Я поднялась с кресла, чувствуя, как ноги стали ватными. Слова Стаса, словно острые осколки, вонзились в самое сердце, разрывая его на части. Неужели он действительно так думает? Неужели все эти годы любовь была только моей иллюзией?

— Ты просто эгоист, — проговорила я, с трудом сдерживая рыдания. — Ты думаешь только о себе и своих планах. А как же я? Как же мое желание стать матерью?