Развод в 45. Месть не по плану

Глава 17

Лиза

— Елизавета Павловна, ты решила поиметь меня напоследок? — удивлённо заломила бровь, услышав такое слово от Ивана Алексеевича.

— Да, дорогая, иначе это и не назовёшь, — отвечает он.

— Я всего лишь сказала, что хочу отдельный кабинет, работать на полную ставку и чтобы мне определили кого-нибудь в помощницы.

— Лизонька, милая ты моя, у УЗИ-специалистов не бывает помощниц. Есть медицинская сестра, которая помогает подготовить кабинет к приходу специалиста…

— А мне нужна именно помощница!

— Ты же раньше и одна отлично справлялась со всем.

— А теперь не могу. С чего это я буду делать работу и за себя, и за медицинскую сестру, и за помощницу? Я УЗИ-специалист, и моя работа — делать только УЗИ. И всё!

— Точно решила всю больницу поиметь! — стучит по столу ладошкой.

— Всё возможно.

— Ах, Глеб… Ах! Ну откуда я тебе сейчас найду такую?

— Откуда хотите. Но чтобы не имела никаких связей с моим мужем — ни в настоящем времени, ни в прошедшем!

— На совесть старика давишь.

— Вот жили бы по совести, не пришлось бы на неё давить.

— Ладно, шантажистка. Найду я тебе кого-нибудь. Но! — хитро щурится и подаётся вперёд. — Раз ты теперь у нас работаешь на полную ставку, получишь практикантов. Как раз они должны через неделю прийти. Одну группу отдам Светлане, а вторую тебе.

— Вы не посмеете.

— Уже посмел. Всё, иди давай, пока я тебе обе группы не приписал.

— Ну и ладно, справлюсь.

Иду по коридору больницы продолжая размышлять о своем разговоре с главврачом:

«Да уж, Иван Алексеевич умеет поставить на место. Теперь придется разбираться с этими практикантами. Интересно, какие кадры мне достанутся? Если повезет, может, попадутся толковые ребята, которые хотят учиться, а не просто отсидеть практику.

Хотя, зная Светку, она наверняка постарается подсунуть мне самых проблемных. Нет, к ней сейчас точно не пойду – я все еще обижена на нее. Лучше зайду к Анне Петровне в регистратуру, узнаю последние сплетни. У нее всегда есть что послушать.

А помощницу бы мне все-таки найти. И правда, почему я должна одна таскать все эти тяжелые коробки с реагентами и настраивать оборудование? УЗИ-специалист должен заниматься только диагностикой, а не превращаться в универсальную медсестру.

— Елизавета Павловна, здравствуйте, — с насмешливой улыбкой подходит Анжела. Раньше я не замечала в её улыбке столько насмешки, дерзости и наглости.

— Ну здравствуй, Анжела. Что-то хотела?

— Знаете, я бы хотела к вам на приём. Завтра примите меня?

— А ты, Анжелочка, пойди и запишись как положено. Я тебя обязательно приму.

— Записаться? — удивляется девочка.

— Конечно, записаться. У меня мало времени, чтобы принимать кого попало в ущерб себе. Да и…

— Лиза? — вот встречи с ним я точно не хотела. — Ты что тут делаешь? У тебя же выходной.

— А я не обязана ставить тебя в известность касательно моих планов. Кстати, совсем забыла, Анжела, можете и папочку малыша тоже привести на УЗИ. Но только по записи, — медсестра краснеет под моим насмешливым взглядом и, пискнув “простите”, убегает. Всё же есть ещё в ней немного человечности.

— Лиза, ты что творишь? — шипит муж, оглядываясь.

— А что я натворила? Твоя малышка на УЗИ попросилась, а я отправила записаться. Разрешила даже тебя привести. Ой, или ты думал, что я вас без записи приму? Какая жалость, но теперь Елизавета Павловна принимает только по записи. Даже на разговор с бывшим мужем она пойдёт только по назначенному времени, которое её устроит. И да, ещё раз посмеешь поднять на меня руку — лишу всего, чего добивался годами!

Оставив мужа скрежетать зубами, я обхожу его. Вчера сын встал на мою защиту, потому что я не ожидала от мужа такого. Но теперь я и сама буду защищать себя. Не позволю своему сыну перейти черту. Я была бы рада, врежь кто-нибудь Глебу по самое не балуй, но не мой сын. Пусть хоть отец будет вселенским злом — я не допущу, чтобы он поднял на отца руку.

Отец есть отец, каким бы он ни был!

На следующий день я приступаю к работе на полную ставку. Мне выделили отдельный кабинет и помощницу. Алёна — тихая, скромная девушка, устроилась к нам всего месяц назад. Иван Алексеевич взял её из-за сложного положения: она учится по вечерам, а днём подрабатывает. Её нежный голосок журчит, словно весенний ручеёк.

Если бы не Глеб, у меня тоже могла бы быть дочь…

С удовольствием обустраиваю свой новый кабинет. Вешаю табличку со своим именем. Осталось только сменить фамилию… Но это вопрос времени. Я добьюсь развода с Глебом, пусть даже через суд. И, похоже, придётся идти именно этим путём.

— Елизавета Павловна, — тихий голос Алёны отвлекает меня от дел. — Вам принесли.

— Что принесли? — оборачиваюсь к ней. В её руках — букет алых роз. Эти цветы всегда дарил мне Глеб, и сейчас, увидев их, меня охватывает лёгкая грусть. Ведь всё было хорошо, пока он не решил изменить мне… Но прошлое нужно оставить позади.

— Знаешь что, Алёна, отнеси эти цветы медсестре, Анжеле Эдуардовне. И записку мы тоже поменяем.

«Для самой любимой жене. Прости что чуть не ударил тебя. Люблю» — эту записку я бросаю в мусорную корзину, а для Анжелы пишу новую:

«Для моей драгоценной малышке. Сообщаю, что хочу развестись с женой. Люблю»

— Всё, иди. И не говори ей ничего про меня.

— Но Глеб Викторович…

— А Глеб Викторович ошибся. Хотел Анжеле отправить. Иди, иди.

Пусть Анжела тоже подействует на него насчёт развода. Окажет мне неоценимую помощь. Сделал пакость — на сердце радость! С весёлой улыбкой продолжаю обустраивать свой кабинет. Теперь это моё личное пространство. Ух, как я здесь развернусь…

Алёна быстро возвращается и смущённо кивает в ответ на мой вопросительный взгляд. Дело сделано. Теперь можно заняться расписанием. Если раньше я принимала пациентов друг за другом, то теперь буду оставлять себе время на передышку. Десять минут — вполне достаточно. А если кого-то не устраивает — скатертью дорога. Мне всё равно.