Развод в 45. Месть не по плану

Глава 18

А дальше начались веселые дни для меня и дергающийся глаз Глеба.

На второй день он прислал мне сладости. Я обожаю сладкое, но редко позволяю себе такие лакомства, а турецкие десерты – это вообще отдельная история. Посмотрела на них, посмотрела, и ближе к вечеру отнесла коробку Маше.

«Устройте чаепитие со всеми, ну ты понимаешь с кем именно. Только сообщи мне, когда и где соберетесь», – сказала я, глядя, как Маша со скорбным видом и щенячьим взглядом принимает сладости.

Как только Маша сообщила мне о месте встречи, я отправила записку Глебу и направила Алену следить за ним. Позже слушала, как смущенная девушка рассказывала о встрече:

– Глеб Викторович вошел в процедурную взволнованный и с улыбкой, но вылетел оттуда злой. Девушки хором поблагодарили его за щедрость.

– Спасибо, Ален. Сладости я куплю другие, и мы вместе попьем чаю.

– И без меня? – в дверях стояла подруга, уперев руки в бока. – Бесстыжая! Сама веселишься тут и даже не зовешь смотреть на спектакль. Совсем совести нет.

– А я ее продала, когда была в отпуске. Ален, держи деньги и иди купи нам что-нибудь вкусное к чаю.

– Лиз, ну хватит дуться уже, а? – Света подошла и, встав сзади кресла, обняла меня. – Я хотела раскрыть лицо твоего козла-мужа. Но так боялась причинить тебе боль. Пыталась подстроить вашу встречу в тот момент, когда он с другой. Но этот кобель уворачивался. Я даже не надеялась, что в тот день все получится.

– Свет, ты ведь могла просто рассказать мне.

– Ты бы не поверила, Лиз. Не поверила. Он стал идеальным отцом и мужем в вашем доме, и ты ни за что не усомнилась бы в нем. Я уверена, ты не раз плакала, думая, что это все сон. Что не мог твой Глеб так с тобой поступить.

– Но он поступил…

– Да, – всхлипнула Света. – Сволочь! Надо Ивану Алексеевичу сказать, чтобы кастрировал его.

– Эй, ты-то чего ревешь?

– А тебе знать, как мне обидно за тебя? Даже не умея держать скальпель в руках, готова взяться за кастрацию этого гавнюка.

– Ну не будем такие жесткие санкции применять.

– Это еще не жесткие! И то, что ты сейчас делаешь, – ребячество!

– Я знаю, – пожала я плечами. – Зато меня это веселит. Я хочу только, чтобы он согласился на развод, и все. Не хочу судиться.

— Надо было фотографии этого козла сделать с девками, тогда точно не отвертелся бы.

— У меня есть много фотографий, Свет. Но даже это его не пугает. Ему почему-то нужно, чтобы мы остались семьей. Ему плевать на наше с Денисом мнение.

— Денис знает?

— Знает.

— Только не говори, что он встал на сторону отца! Я ему шею намылю.

— Нет, нет. Он наоборот на моей стороне, Свет. Когда Глеб поднял на меня руку, он остановил отца и, кажется, он даже готов отказаться от отца, — грустно вздыхаю. Жалко мне своего ребёнка. До слёз жалко. Он очень любил отца и сейчас перевёл его в ранг врага. Все эти дни передо мной ходит с улыбкой, а когда меня нет, хмурый сидит. С трудом уговорила не бросать учёбу. Захотел устроиться на работу. Глупый мальчишка мой.

— Молодец! — восклицает подруга. — Денис всегда был умным мальчиком и знает, чью сторону надо принять. Вот бы ничего в нём от Глеба не было! И как хорошо, что ты не смогла больше родить от этого козла.

— Он сделал всё для этого, Свет.

С каждым моим словом глаз подруги дёргается, а руки сжимаются в кулак. Да, Глеб обошёлся со мной подло, но спасибо ему за это. Денис у меня вырос хорошим ребёнком, и я не думаю, что гены Глеба возьмут над ним вверх, но вдруг второй ребёнок взял бы? Грех так говорить и думать, но я не хочу больше от него детей.

— В смысле таблетки растворял? Серьёзно?

— Вроде как да.

— Это же надо додуматься до такого! Мне теперь даже интересно, что за таблетки такие.

— Не знаю. Я хотела уточнить подробности, но забыла об этом, когда он начал нести чушь о сохранении семьи. Да и чёрт с ними. Всё равно уже ничего не сделаешь.

— Найдешь отчима Денису и родишь малыша.

— Господи, Свет, не неси ерунду. Мне измен Глеба сполна хватило, чтобы ещё одного кобеля в свою жизнь пускать.

— Говорила я тебе на море подцепить кого-нибудь и переспать. Возможно, с живчиком вернулась бы.

От слов Светы выпадаю из реальности. Господи, я же с Андреем спала и не раз! А что если я забеременела? От одного предателя родила уже, теперь от второго? Нет.

Нет! Нельзя! Да и не могла же я с двух раз залететь? Не могла, конечно.

— Ну-ка, посмотри на меня. Ты что, спала с кем-то? С кем? Хоть красивый?

— Свет, иди работать!

— Лиз, я так просто не отстану.

— Нет никого, иди давай…

— Елизавета Павловна, — заглядывает Мария, — вам просил передать Глеб Викторович.

— Давай сюда, — Света вырывает у неё из рук записку и закрывает перед ней дверь. — Так, что тут у нас… Ха, Лиз, тебе тут угрозу прислали.

— Что там?

— «Дорогая Лиза, если ты сейчас же не принесёшь мне извинения за свои выходки и не разблокируешь мой номер, жди беды! И прекрати выставлять нашу семью на посмешище!»

— Выбрось.

— Ты что? Это же может в суде пригодиться.

— Ну и храни у себя тогда. Мне оно не нужно.

— Ты его правда заблокировала?

— Нет. Но думаю, Денис это сделал. Видела вчера в его руках свой телефон.

— Будь я моложе, не упустила бы твоего сына.

Света, Света, неизменная Света. У самой муж и двое детей, а тут такое выдаёт. Но это были цветочки по сравнению с дальнейшими её планами.

Она решила, что мщу мужу как двадцатилетняя девочка, а надо как женщина. Слушая её предложения, я чуть сознание не потеряла. Кастрация, мне кажется, самое гуманное из её предложений. Пытки она запланировала… Её сильнее задела измена моего мужа.

На следующий день Глеб отправил мне украшения. Комплект, серьги и цепочка в форме сердца.

— «Как банально», — закатила глаза Света и, хитро прищурившись, забрала их с собой. Вернулась с довольной улыбкой. Куда их дела, не сказала, но позже я увидела их на одной из медсестёр.