Развод в 45 (не) приговор

Глава 9

Голова раскалывается. Я будто зажата между двух бетонных плит. Все мои слова рассыпаются в мелкую крошку о его нежелание меня услышать. Это как кричать в пустоту и ждать бесконечное количество времени, что мне ответят. Зажимаю голову руками, пока не начинаю чувствовать прикосновение своих ледяных пальцев в воспаленной коже.

Я не помню, чтобы я когда-нибудь была в таком положении, когда со всех сторон сплошным потоком на меня валятся проблемы.

Правильно, – начинает поучительным тоном ворчать внутренний голос, – раньше вас было двое, и проблемы вы решали вместе. А сейчас ты одна!

Вот так наверно себя чувствует загнанный в угол зверь.

В спину острым штырем упирается безысходность.

Глаза жжет, но все впустую. Слез нет. Становится противно, когда слова Макса вновь звучат в моей голове.

“Устал экономить”, “ пожить для себя”

А я?

Я устала думать обо всех и обо всем сразу. Как бы кого не обидеть. Не задеть. Не ущемить. Облюбить и обласкать. Найти нужные слова, чтобы поддержать. Следить, чтобы у всех все было лучше, чем просто хорошо. Всем и все! Но кроме себя.

В руках телефон, на нем открытое сообщение о встрече выпускников.

Сколько я откладывала свой поход?

Закусив губу, начинаю прикидывать в уме, сколько раз я отвечала отказом.

Всегда! Всегда находилось что-то важнее и значимей. Работа, конференции, Макс занят. Клиника отнимала слишком много времени. Дети и их подрастающие с каждым годом проблемы.

И так по круру. Мозг отказывается даже воспроизводить все проблемы, которые активизируются при мысли, что я могу тоже чего-то желать.

– К черту! В этот раз поеду! – и в эту секунду маленькая слезинка, как хрустальная горошина, скатывается по щеке и падает на стол.

Когда я возвращаюсь в спальню, Макс уже спит. Остановившись на пороге, только удивляюсь его спокойствию.

Он разрушил все, что у нас было, но на крепкий сон, это ничуть не повлияло. Совесть спокойна, и совершенно не грызет вина.

А ведь когда-то мы любили друг друга. И я была уверена, что это на всю жизнь. Дети, крепкая и дружная семья, семейный бизнес.

А сейчас только горечь от предательства и того, что еще нам предстоит впереди.

Даже если сердце до сих пор с трудом верит в предательство и все еще живет иллюзиями прошлого, то здравый рассудок, понимает, что это конец.

Я ухожу спать в гостевую комнату, потому что мне противно ложиться с ним в одну постель. Особенно после того, как он ночевал не дома.

Утром я проспала завтрак, потому что из-за головной боли, пришлось выпить таблетку. И на утро разлепить глаза стало проблемой. Близнецы не расстроились. Их мои утренние кулинарные шедевры давно перестали интересовать.

– Мам, кинь денег на карту. – Хриплый бас раздается из-за двери комнаты.

– Месяц еще не кончился. – Растираю виски пальцами, чтобы немного прийти в себя и проснуться.

– Ну-у-у, мы немного потратили больше чем надо. Мам, ты бросишь нас голодными?

Выдыхаю долго, надеясь, что они уйдут без моего ответа.

Но шорох за дверью говорит об обратном.

– Просите у отца.

– Он сказал, что скидывал в прошлом месяце.

– Хорошо. Скину, – сдаюсь я.

– А ты не забудешь? – они так смешно стараются смягчить свой голос, но получается жуть какая-то.

– Нет!

Слышу как они шуршат к лестнице, а следом хлопает входная дверь.

Даю себе еще пять минут и выхожу из спальни.

На кухне Макс недовольно хлопает дверцами шкафов в поисках завтрака или того, чем можно перекусить. А когда замечает мое присутствие, то раздраженно вздыхает.

– Лен, а где завтрак? – Вроде звучит как вопрос, но с таким укором. – Ты что-то совсем расслабилась. Тебе не кажется?

Такая наглость, что я даже теряю дар речи на мгновение. Будто все по-прежнему. И не было измены с его стороны.

– Нет, не кажется, дорогой. – Прохожу мимо него и демонстративно достаю чашку для кофе. – Расслабился тут только ты. А я живу в тех рамках, что ты установил. Поэтому для тебя, тут нет ни завтрака, ни обеда, а ужинать ты и так с нами перестал.

Он смотрит на меня, не моргая, будто я ему истину открыла. А по факту, ответила на его вопрос. Да, ответ не такой, к которому он привык, но что ж поделать. Мы не всегда получаем то, чего хотим.

– Все-таки дура ты. - Бросает он таким тоном, словно разочаровался во мне, и я, по его мнению, веду себя неумно сейчас, раз показываю свой характер.

– Соглашусь с тобой. – Отталкиваюсь от стола и подхожу к нему ближе. Пока наше дыхание не смешивается и воздух между нами на сгущается до максимума. – Дура! Потому что до сих пор не выгнала тебя.

– Мам, пап? – Мир так вовремя заходит на кухню, потому что до взрыва оставались секунды. Макс уже покраснел, а в глазах по белкам разбегается красная сеточка.

– Поехали, сынок, я тебя сам отвезу в сад. А то…– он так и не договаривает.

– Тебе нужен свежий воздух, а то давление поднялось. – Не удерживаюсь я от комментария.

Рука машинально сметает чашку в раковину, где та разлетается на мелкие осколки. Дорогой форфор, он не в чем не виноват. Но мне становится легче.

В горле ком из горечи и сожалений.

Руки сжимаю в кулаки, чтобы разогнать кровь в похолодевших пальцах. А в груди уже знакомая пустота. Она смешивается с холодом, каким покрываются все мои внутренности. Тонкая корка, только прочнее стали. Обрастаю ей, как панцерем, чтобы не было больше больно.

– Мам, что случилось? Я услышал звон…– Вася заглядывает осторожно в кухню. В раковине замечает осталки. Но решает промолчать.

– Чашка разбилась. На счастье наверно, так ведь говорят? – Отвечаю, как в бреду. Но знаю, она меня и так поймет. Умная девочка. А потом поворачиваюсь к ней лицом и уже улыбаясь спрашиваю. – Составишь мне компанию?

– Да. А куда?

– У меня встреча выпускников, хочу новый наряд купить.