Развод в 45. Первая причина — это ты

Глава 4

Я медленно брела по незнакомой мне, плохо освещенной улице, отдаляясь всё дальше от ресторана. В какой-то момент поняла, что ушла уже слишком далеко. Музыка и веселье остались где-то позади. Улица стала пугающе пустой.

На миг я задумалась — а куда мне сейчас пойти? Домой? Туда, где стоит наша, теперь уже оскверненная, супружеская кровать? В квартиру, полной воспоминаний, которые все теперь кажутся липкими и фальшивыми?

Я не могла. Не могла даже представить себе, что снова увижу его наглые глаза. Как увижу на его губах следы красной помады. Нет, конечно же, он сотрёт их к тому времени, но теперь мне будет казаться, что они всегда там, что я всё равно это вижу.

Я не знала, когда я теперь найду в себе силы посмотреть на него. Завтра? Через неделю? Никогда?

От одной только мысли об этом дыхание сбилось. Не знаю когда, но абсолютно точно не сегодня!

Июньская ночь была прекрасной — тёплая, тихая, с мягким шёлком ветра, наполненная пьянящими ароматами сирени. Мир вокруг казался таким обычным, таким спокойным… Будто это не моя жизнь только что рухнула. Будто это чья-то чужая история. Как бы мне хотелось вернуться в мою спокойную и размеренную жизнь, а всё случившееся чтобы оказалось просто дурным сном!

И вдруг — поблизости раздался смех, который быстро вырвал меня из омута моих мыслей. Громкий, хмельной. Я автоматически поёжилась.

Из подворотни, перегородив мне дорогу, вывалилась компания. Человек пять — все молодые, подвыпившие, с красными глазами. Они заметили меня сразу — как звери замечают что-то одинокое, выбивающееся из привычной среды.

— Эй, красавица… — протянул один из них, неопрятно лохматый. — Ты тут одна гуляешь?

Я ускорила шаг, стараясь не смотреть в их сторону, сохраняя видимость уверенности.

— О, да ты не стесняйся, — другой перегородил мне путь, распахивая руки для объятий. — Давай познакомимся!

Только этого мне сейчас не хватало!

Я отступила на шаг, потом ещё. Я давно не оказывалась одна ночью на улице — долгие годы передвигалась исключительно на машине, от двери до двери. Изолировала себя от всех случайностей и неожиданностей, от всего внешнего мира.

Столкновение с этим миром оказалось шоком для меня.

— Девушка, да мы просто поболтаем, — сказал третий, ухмыляясь. — Не молчи, ну?

Я почувствовала, как меня начинает трясти от ощущения полной, тотальной беспомощности. Что могу сделать я одна против компании подвыпивших хулиганов?

Я не могла кричать. Не могла позвать кого-то. Мне оставалось только одно — спокойно и твердо дать им понять, что я не боюсь.

Я подняла подбородок и небрежно бросила:

— Дайте мне пройти!

Мой голос прозвучал не так, как я ожидала — не так твердо и уверенно, как я планировала у себя в голове.

Они переглянулись. Кто-то засмеялся, кто-то цокнул языком.

— О-о, какая гордая цаца… — сказал лохматый. — Ты уверена, что хочешь так с нами разговаривать? Это невежливо!

Он направился прямо на меня, а я резко отшатнулась — и упёрлась лопатками в холодный бетон многоэтажки.

— Такая красоткааа… — протянул один, подходя слишком близко. — Да давай познакомимся, чё ты как эта…

Я оказалась зажата между ними и стеной. В платье, которое сковывает ноги. В каблуках, которые не дадут убежать.

И в этот момент я подумала — с ужасающей ясностью — что, если они прикоснутся ко мне, я ничего не смогу им сделать. Мне стало страшно до тошноты от того, насколько я уязвима, насколько нелепо беззащитна сейчас.

Они переглянулись между собой, обменялись нахальными ухмылками. Кто-то из них сделал шаг ещё ближе.

Я в ужасе закрыла глаза.

И вдруг, откуда-то сбоку, совсем рядом, раздался другой голос — резкий, уверенный.

— Эй! Вы что творите? Отошли от неё. Быстро.

Голос возник настолько неожиданно, настолько внезапно разрезал тишину, что на долю секунды я подумала, что это у меня в голове. Что это мое отчаяние сотворило его.