Развод в 45. Предатель будет наказан

Глава 11

Виктор

Я жму на газ так, что стрелка тахометра дрожит у красной зоны. Асфальт мокрый, дворники еле успевают смахивать капли, а мне все равно. Шины визжат, но я не сбавляю скорость. Только бы не думать. Только бы не представлять пустое место возле школы.

Алина. Боже, если с ней хоть что-то случилось…

Я сжимаю руль так, что становится больно. В голове – один сплошной гул. И злость.
На нее. На Ольгу. На эту бестолковую женщину, которая вместо того, чтобы сказать мне нормально, попросить, оставляет дурацкие сообщения. Сообщения! Когда речь о дочери!

– Дура, – шепчу я. – Глупая, гордая дура.

Поворачиваю резко, слишком резко, машину заносит. Колеса визжат, как будто тоже не выдерживают. Я ловлю руль, чувствую, как сердце бьется где-то в горле. Плевать. Главное – доехать. До дома. До нее.

Дождь усиливается. Фары выхватывают серые дома, чьи-то силуэты. Все плывет.
Я даже не понимаю, как успеваю затормозить возле дома. Машина кренится, едва не врезаюсь в бордюр.

Вылетаю наружу. Одежда мгновенно становится мокрой. Бегу. По лужам, по ступеням, распахиваю дверь с такой силой, что ручка ударяется о стену.

И вот она. Стоит возле плиты. В фартуке, с собранными волосами. Спокойная. Домашняя.
Как будто ничего не случилось.

Я держусь из последних сил.

– Где она? – спрашиваю. Голос хриплый, чужой.

Ольга оборачивается. В ее взгляде – удивление?.. Нет. Какое удивление?.. Это точно притворство.

– Что случилось? – тихо.

– Где Алина?! – я подхожу к ней. Она пятится. – Ты хотела, чтобы я сошел с ума, да? Чтобы я носился по городу под дождем, искал ребенка?!

– Виктор… я не понимаю…

Я смеюсь. Громко, зло, нервно. Этот смех звучит так, будто из меня выходит все накопленное за годы раздражение. А потом подлетаю к ней и хватаю за волосы.

– Конечно, не понимаешь! Ты же всегда ничего не понимаешь! Я приезжаю – ребенка нет. Я звоню – ты не отвечаешь. Только твое гребаное сообщение!

Она пытается освободиться, но я не отпускаю. Вены на висках стучат. Воздуха не хватает. Я чувствую, как адреналин хлещет в кровь.

Вижу, как она извивается. Глаза испуганные, губы дрожат. И это, почему-то, бесит еще больше.

– Хватит делать вид, что ты жертва! – говорю я.

– Виктор, отпусти. Ты мне больно делаешь.

Слова режут слух. Она говорит их тихо, с надрывом, и на миг в груди что-то сжимается. Я пытаюсь понять – ей действительно больно? Или она врет?

Нет. Точно врет.

Все внутри клокочет. Я чувствую, как дрожат руки.

– Ты решила со мной поиграть? – спрашиваю тише. Почти шепотом. – Да? Ты поставила свою гребаную гордость выше безопасности дочери? Мстишь мне?

Она качает головой.

– Я не…

– Замолчи! – рявкаю я.

На секунду она застывает, как будто я ударил. И я вижу, как в глазах вспыхивает страх. Настоящий. И тут меня накрывает. Боль, гнев, ярость. Хочется встряхнуть ее, заставить понять, что она натворила. Хочется сделать больно. Чтобы дошло.

Рука сама поднимается. Я чувствую, как напрягаются мышцы. Еще миг – и…

Я останавливаюсь. Картинка будто застывает. Оля стоит передо мной, бледная, с дрожащими губами, и смотрит так, будто видит во мне чужого человека. Наверное, так и есть.

Я смотрю на свою руку, на ее испуганное лицо – и понимаю, что если ударю раз, то уже не остановлюсь. И впервые за наш «разговор» мне становится по-настоящему страшно.

Я медленно опускаю руку. Грудь ходит ходуном. Я не могу дышать.

– Черт… – выдыхаю я и отворачиваюсь.

– Где она, Виктор? – тихо спрашивает Ольга за спиной.

Я не отвечаю. Я просто стою, сжав кулаки, и чувствую, как вся злость, вся ярость внутри превращаются в леденящий ужас.

Представляю вам еще одну книгу литмоба «Развод с властным»:

Развод. Другого выхода нет

https://litnet.com/shrt/HzXN