Развод в 45. Предатель будет наказан

Глава 23

Алина

Мы долго едем. Я не знаю, сколько именно, потому что часы тоже остались в рюкзаке, а рюкзак лежит где-то сзади. Я смотрю в окно и стараюсь запомнить дорогу, но за стеклом все одинаковое: мокрый асфальт, поля. Иногда машина тормозит, и меня чуть тянет вперед, потому что ремень давит на плечо.

Я сижу ровно и стараюсь вести себя хорошо.

Если папин друг сказал, что родители устроили для меня пижамную вечеринку, значит, так и есть. Думаю, мне понравится этот сюрприз. Мама любит устраивать сюрпризы, просто обычно она намекает заранее, потому что не любит, когда я переживаю. Но, может быть, папа настоял. Папа иногда так делает. Он говорит, что нужно уметь удивляться.

Я киваю сама себе, чтобы не думать лишнего.

Дядя ведет машину и почти не смотрит на меня. Он смотрит на дорогу, иногда щурится, иногда кривит рот, как будто ему что-то не нравится. Может быть, он просто не любит водить в дождь. Папа тоже не любит, когда скользко, он тогда ругается тихо, себе под нос.

– А у вас есть дети? – спрашиваю я.

Дядя коротко фыркает.

– Нет.

Я думаю. Если у человека нет детей, это не значит, что он плохой. У тети Милы тоже нет детей, но она очень добрая. Она всегда пахнет конфетами и печеньем и говорит, что я у нее умница. Мама говорила, что у тети Милы дети не получаются, и поэтому у нее много любви, которую она отдает другим.

– А почему? – спрашиваю я. – Не получается?

Дядя резко поворачивает голову, потом снова смотрит на дорогу.

– Просто не хочу.

Я снова думаю. Не хотеть – это тоже нормально. Мама говорила, что не все хотят быть родителями, и это честно. Хуже, когда заводят детей, а потом не хотят о них заботиться.

– Боитесь? – спрашиваю я.

– Кого? – удивляется дядя.

– Ответственности, – говорю. Я стараюсь сказать это спокойно, как взрослая.

Дядя вдруг усмехается и причмокивает губами, как папа, когда пробует что-то вкусное.

– А ты умная не по годам.

Мне становится приятно. Я улыбаюсь, но совсем чуть-чуть, чтобы не выглядеть хвастливой.

– Знаю. Мне все так говорят.

– Прям все? – скептически тянет он.

– Ну да, – отвечаю я. – Папа так говорит и мама.

– И это все? – снова фыркает он.

Я пожимаю плечами.

– А мне мнение посторонних людей неинтересно, – говорю я серьезно. – Для меня все – это мама и папа.

Дядя больше ничего не говорит. Машина едет, дворники шуршат по стеклу. Я чувствую, как внутри зарождается тревога, как будто маленький холодный комочек. Я стараюсь его не замечать.

Наверное, он просто не любит детей. Такие люди тоже бывают. Они не злые, просто им неудобно быть родителем. Как когда надеваешь чужую куртку – она вроде и теплая, но сидит странно.

Я смотрю на свои ноги. Колготки немного мокрые снизу. Я все-таки здорово промокла, пока ждала папу. Ничего. Думаю, я смогу переодеться в пижаму.

– А мы когда приедем? – спрашиваю я.

– Скоро, – расплывчато отвечает дядя.

Это немного странно. Взрослые обычно говорят «через десять минут» или «через полчаса». Я вспоминаю, как папа разговаривает, когда везет меня куда-то. Он всегда объясняет.

Может, дядя просто не разговорчивый.

Я снова смотрю в окно. Мы сворачиваем куда-то, здесь я никогда не была. Или была? Мне кажется, что нет. Здесь темнее, дорога хуже. Я сглатываю и снова говорю себе, что все хорошо. Если бы было опасно, мама бы не разрешила.

Я вспоминаю, как мама утром поправляла мне волосы и говорила, что я ее солнышко. От этого воспоминания становится чуть теплее.

– А пижамная вечеринка будет долго? – спрашиваю я. – Завтра же школа.

– Разберемся, – отвечает дядя.

Мне не очень нравится это слово. Оно какое-то взрослое и неопределенное.

Я снова начинаю говорить, потому что когда я говорю, мне становится легче.

– А вы давно с папой работаете? – спрашиваю я.

– Да, – коротко отвечает он.

– Вы друзья?

Он молчит чуть дольше.

– Типа того.

Типа – тоже странное слово. Но я не расспрашиваю больше. Я чувствую, что дяде не нравится, когда его много спрашивают.

Комочек внутри становится чуть больше. Я аккуратно кладу руки на колени и стараюсь сидеть правильно, как мама учила. Хорошие девочки не капризничают и не устраивают истерик. Хороших девочек любят.

Я решаю, что буду хорошей.

Может быть, тогда все станет нормально.