Развод в 45. Предатель, которого я любила

Глава 15

Поправши все обеты, он ушел.

Забрал с собой любовь, надежду, веру.

Разрушив их надежный, светлый дом

Окрасил мир для всех в туманный серый.

Время неожиданно замерло. А тишина в нашем некогда семейном доме стала громче обычного. Даже в моем сердце все смолкло.

Будто музыка покинула меня. Обычно в моей душе всегда играла мелодия. Сейчас же не было ни звука.

Прошла неделя, как Никита забрал все свои вещи и вышел из дома.

И за эти семь дней мы говорили лишь пару раз. В каждый из разговоров он просил меня передумать. Просил прощения. Это было вначале. Последние дни я его не видела, так как ездила на массажи и занятия в больницу. Лена просто сообщала, что папа приезжал ненадолго.

Однако мы даже подали на развод. Сразу после того, как я обсудила с врачом мою операцию в сентябре.

Это оказалось так просто. Двадцать лет совместной жизни так легко закончить. Просто подать бумажку, расписаться и… словно ничего не было. Лишь память

Лена тоже изменилась.

Но мы поговорили. И продолжаем говорить: по вечерам, за поздними завтраками и обедами. Она делится со мной переживаниями, спрашивает, как это будет, когда все завершится официально. И наша связь греет мое сердце.

- Какие планы на сегодня? – дочка отрывается от чтения.

Она заканчивает третью книгу из тех, что им задали читать на лето.

- Не знаю. Пока не планировала ничего.

- Я тут подумала, что скоро в школу и пора купить вещи. Ну и… всякое.

Она косится в сторону окна и машет головой.

- Улица не вариант, ма. Тучи, — переводит взгляд на страницу.

- Ну мы же не на рынке покупаем вещи, — моя улыбка перестала быть широкой. - Послушай, — она снова закрыла книгу. – В университете твой папа сломал ногу. Это был сложный перелом, и потребовалось много времени на восстановление.

- Я помню эту историю.

- Когда ему было необходимо ездить в больницу, мы использовали специальное кресло, и я катила его всю дорогу. Мы жили в съемной квартире недалеко, это было удобно.

- М, — она поджимает губы, понимая, о чем я сейчас скажу.

- Я ни разу не почувствовала неловкости, идя рядом с ним. А он… — на губах появляется улыбка от воспоминаний, — он превращал это в шутку. Говорил, что добился тех высот в своей жизни, когда у него появился свой водитель. Я была его личным водителем. С людьми случается много всего. Что-то их обезображивает, что-то навсегда меняет. И может быть, сейчас ты этого не понимаешь, но красота действительно не только снаружи. Мои ноги не ходят, но я… я все еще я. И это кресло, в нем нет ничего постыдного.

Не знаю, как мне удалось закончить то, что я хотела ей сказать уже давно, но не находила подходящих слов, не проронив ни слезинки. Однако я это сделала, и возможно, моя дочь поймет смысл. Я бы хотела, чтобы она поняла.

- Извини, мам. Я не хотела тебя обидеть, — эти слова я слышу, когда еду из гостиной.

- Спасибо, что сказала это.

Остановившись в кабинете, подготавливаю все к занятию. Сегодня у меня часовой урок с Кариной онлайн.

Даже не знаю, как мне быть, зная, что мать ученицы так подло поступила в моем отношении, ввязавшись в интриги.

Хоть музыка неожиданно и смолкла, я все равно хочу петь и учить этому моих учениц.

Пальцы пробегаются по клавишам, разнося по комнате звучание всего одной октавы от си до си. Пальцы внезапно становятся влажными, и их уже не остановить.

Я закрываю глаза и начинаю распеваться протяжным «М-м-м», когда слышу стук в дверь.

Убираю кисти с клавиш и разворачиваюсь.

- Да?

- Мам, я это… Мне девчонки позвонили, позвали погулять. Ничего, если пойду.

- Конечно. У меня занятия сейчас. Что бы ты хотела на ужин, Лида скоро придет, я бы могла ей передать твои пожелания.

- А… да неважно.

- Тогда попрошу ее нас удивить.

- Ага, круто, — это она бросает, уже скрывшись за углом, оставив дверь приоткрытой.

Глаза сами собой находят фото в рамке на стене, которое я оформила как большую, А4 картину.

Там моя девочка, счастливо улыбаясь, обнимает меня несколько лет назад. В тот день мы и понятия не имели, что с нами сделает время и случай.

Звонок поступает от Карины, и я его принимаю. Хотя обычно я сама звоню своим ученикам. Однако с экрана на меня смотрят и мать, и дочь.

Неожиданно смотреть в глаза Дарьи становится неприятно даже через экран ноутбука.

- Здравствуйте, Олеся Ивановна.

- Добрый день, Карина, Дарья.

- Я на минутку, пока вы не начали занятие. По поводу оплаты хотела спросить, платеж по тому кьюар-коду проводить? Ничего не поменялось?

И неожиданно для себя самой я оказываюсь на распутье. Ее вопрос «Ничего не поменялось», кажется, даже насмешкой.

Дети не должны отвечать за глупые поступки взрослых. Я это знаю, но…

Учитывая, что Никита ушел, и мы несколько дней назад подали заявление, она знает обо всем. Это же ее сестра, я так понимаю. Даже если просто знакомая, вести себя сейчас со мной вот так, будто ничего не произошло, настоящее унижение.

Я смотрю на нее все это время, пока раздумываю над ответом и… женщина неожиданно краснеет, затем опускает глаза.

- Я думаю, вопрос оплаты и дальнейших занятий мы пока что оставим открытым, — говорю ей своим строгим преподавательским тоном.

- Олеся, — она поджимает губы и ее взгляд бегает по экрану.

- Время занятий уже идет. Простите, Дарья, но я должна начать.

- Конечно, — она неловко поднимается и быстро уходит.

- Олеся Ивановна, а что, мы с вами больше не будем заниматься?

- Карина, у меня в сентябре операция, я в любом случае не смогла бы продолжать. У меня будет перерыв.

- А, ясно.

- В школе преподаватели работают в обычном режиме, и все они профессионалы.

- Ладно, — она опускает глаза, а я резко зажимаю несколько клавиш, и она поднимает голову.

- Мы будем киснуть у экрана или споем?