Развод в 45. Предатель, которого я любила

Глава 16

- Наташа, ну как там подготовка к концерту? – спрашиваю организатора, решив позвонить и услышать из первых уст, как обстоят дела, и об успехах Маши замолвить слово.

- Суматоха, ты же знаешь, как это бывает. Одной фразой я могу сделать заключение: я люблю госбюджет.

Я знаю. Одно время несколько лет назад, я помогала в подобных мероприятиях, и приятного мало, когда тебя урезают то тут, то там на разных этапах. А ты подстраивайся как хочешь.

- Все так плохо?

- Олеся, как можно хотеть праздник на пять с плюсом, а выделять бюджет на тройку? Во что я буду наряжать детей?

- Может что-то из прошлых лет поискать?

- Ищем, перерываем склад, но спорить бесполезно. Один ребенок будет выступать в новом костюме, другой в старом. А я буду получать на ковре перед главной, если чья-нибудь мама припрет к стене с вопросом: «Почему именно мой ребенок?». Зато на салюты они выделили сумму… Ой, не могу уже, — она останавливается и замолкает, потому что говорила на одном дыхании.

- Ну ты сильно так не нервничай. Ты у нас одна.

- Ценил бы кто повыше, я была бы еще счастливее. Ладно, ты там как? Прости, что вывалила на тебя все это, но у меня уже сил нет.

- Да что со мной будет?

- А должно быть.

- Я в порядке. Потихоньку к намеченной цели иду. Точнее, еду, — говорю с усмешкой.

- Шутница. Молодец, что не теряешь надежды.

- Да разве я могу.

- И то верно.

- А как моя звездочка?

- Ой, ну что за чудо ты мне в этот раз прислала. Скромная, я не могу, — ее настроение моментально поднимается до самой пиковой отметки. - Слова не вытащишь, а когда микрофон берет в руки, громкость убавлять приходится, так голосит.

Моя грудь расширяется от гордости и удовольствия слышать о Марии подобное.

- Хороша, не так ли?

- Умница. Если честно, таких сильных вокалистов не было давно. Вот клянусь.

- Согласна.

- Я ей заказала костюм. Она будет петь о России. Услышишь — упупадешь. Она ее на одном дыхании поет, и мы не дышим, пока слушаем. А костюм будет как флаг, но очень мягко ткань будет переплетаться между собой и золотой нитью по краям вышита.

- У меня уже мурашки по коже.

- Я так каждый раз слушаю. Татьяна Владимировна расплакалась на первой репетиции в зале.

- Она сентиментальна. Но я в Машу верю.

- Верь, как и мы все. Тут в принципе половина ваших девчат выступать будет. Многие разъехались после выпуска не собрать.

- А чего им тут сидеть. Следуют за мечтой.

- Ладно, Олеся Ивановна, пойду дальше рыскать в поиске костюмов.

- Увидимся.

- Кстати, об этом, давай после концерта кофе выпьем, давно не виделись. Ты же будешь там?

- Разумеется. Дочку с собой возьму, да Лиду.

- Тогда договорились.

Заканчиваем разговор, и я оказываюсь под пристальным взглядом Лены.

- Куда ты меня возьмешь? – она улыбается в предвкушении.

- На День города. Будет концерт, потом погуляем и останемся на салюты.

- О… класс, — она покусывает губу.

- Поедим пиццу, — приманиваю ее вкусняшкой.

Не передать словами, как я соскучилась по нашим с ней прогулкам.

- Блин, мам, — она заламывает пальцы и смотрит, извиняясь, — мы уже с подружками договорились вместе идти. Карусели там, все такое.

- Ну мы можем погулять вместе и посмотреть концерт, а потом…

- Не, я концерт не хочу смотреть. Не люблю я это все, ты же знаешь. Мы хотели на карусели пойти, а потом уже и фейерверки будут.

- Давай тогда после концерта созвонимся, поедим, и я тебя отпущу.

- Ага.

- Канцелярию выбрала? – решаю сменить тему.

- Ой, там столько всего.

- Показывай, — улыбаюсь и постукиваю по месту на диване рядом со мной, куда она тут же прыгает и открывает приложение маркетплейса.

Закончив онлайн-шопинг, я делаю заказ, и Лена тут же убегает к себе, чтобы ответить на звонок подруги.

- Мы в свои четырнадцать были не такими, — резюмирует Лида, сев в кресло.

- В наши четырнадцать было другое время, не забывай.

- Знаю.

- Ты на День города занята?

- Это твой скрытый вопрос? – подруга щурится, смотря на меня.

- Возможно, — улыбаюсь ей в ответ.

- Мои придут тоже. Там встретимся.

- Спасибо.

- Принесу сюда чай.

- Хорошо.

Дни до праздника пролетели незаметно. Артур вчера заселился в общежитие и уже познакомился с несколькими ребятами из своей группы. Один из них его сосед.

Никита забрал последние мелочи из дома, которые оставил будто нарочно, чтобы появиться здесь в очередной раз.

Он не просил передумать. Но он попросил прощения… снова.

Отпускать действительно сложно, грустно. Гнев и обида сменились на неизменное чувство потери. Как бы я ни храбрилась, жизнь стала другой год назад. Спустя год, она снова потерпела сложные перестройки.

Я хотела восстановить прежнюю уверенность. Чувствовать опору и силу. Мне была необходима стабильность и сейчас… наверное, я близка к этому. Осталось погасить до минимума и вовсе исключить неоправданную любовь к мужу.

Я не спрашивала, куда он ушел. Казалось, так я покажу свою уязвимость. Даже у дочери не интересовалась. Наверное, подсознательно я знала куда. Он был с этой женщиной слишком долго, чтобы не испытывать к ней ничего. К тому же она беременна. А Никита хотел быть тем, кто ответственно относится к беременности. Случайной или нет, это вопрос второстепенный. Он хотел быть отцом. И при этом он забыл, что он уже отец и муж.

Утреннее солнце обещало хороший день. Сегодня Лида пришла чуть позже, так как должна была позаботиться о своей семье, прежде чем увидит их снова на мероприятии в центре города. Поэтому свои сборы я осуществляла тоже сама, как взрослая «девочка».

- Мам, — Лена вбегает ко мне уже нарядившись, — ну как тебе?

- Очень красиво. Не помню у тебя этого наряда.

- А… папа разрешил купить, если деньги останутся. Крутой, да?