Развод в 45. Предательство длиною в жизнь

Глава 2.

– Я же говорила, - услышала голос матери за спиной и содрогнулась, - все мужики — кобели.

– Мама! Довольно! - Крикнула я матери и быстро закрыла за собой дверь. Теперь мы все втроем стояли на веранде нашего дома и молчали. Я посмотрела на мужа и, с трудом скрывая свои чувства, спросила: – Ты ничего не хочешь мне сказать?

– Это все слишком сложно и совсем не вовремя, - серьезно произнес, глядя мне в глаза.

– Что сложно? - Заплетающимся языком произнесла я, не в силах поверить в то, что сейчас может быть сказано. По сути, ведь ничего не изменилось. Это просто знакомая моего мужа, которая увидела наконец-то его семью. Может быть, он рассказывал ей обо мне, о наших дочерях, и вот мы встретились.

— Мне, пожалуй, пора, — произнесла флористка с загадочной улыбкой на лице. Она направилась к одной из машин, вероятно, той, на которой приехала сюда. Грузовик, в котором находился ее напарник, уже покинул двор, и теперь она уверенно шла к своему автомобилю.

– Кто это, Саш? Коллега по работе? - Нервно хихикнула и машинально поправила лацкан пиджака моего мужа. Я всегда так делала, вот уже на протяжении двадцати трех лет нашего крепкого брака. Своеобразный ритуал, означающий, что рядом со мной МОЙ мужчина.

– Это Елена…, - хриплым голосом ответил муж и кашлянул в кулак, – Сергеева.

– И это… твоя хорошая знакомая, так? Вы вместе работаете?

– Ну… не совсем, - муж отстранился от меня, сделал несколько шагов по веранде и выдохнул, - она моя… в общем… это моя гражданская жена.

– Жена? - Осипшим голосом произнесла я и покачнулась. Ноги одрябли и стали будто ватными. – Я же жена.

– Марин, ты законная жена. А Ленка - гражданская, - произнес муж суровым тоном, потирая пальцами волевой подбородок. - А еще у нас есть сын.

– И правда, слишком сложно. Кажется, до меня не доходит, - перехожу на шепот, - гражданская жена, сын. Что еще?

Я нахожу опору и облокачиваюсь. Вытираю ладонью образовавшийся пот со лба, кажется, мне очень плохо. Голова кружится и во рту словно пустыня. Пальцы онемели и не двигаются, неужели у меня сердечный приступ?

Муж подходит и берет меня за локоть. Сажает в одно из кресел и достает из своего портфеля бутыль с водой. Прислоняет к губам, и я жадно делаю несколько глотков.

Саша всегда был очень предупредительным и внимательным человеком. Даже сейчас, когда он рассказывает мне о своей второй семье, он остаётся верен себе.

– У нас с Еленой гражданский брак вот уже больше двадцати лет. Ее все устраивает, меня тоже. Она никогда не хотела за меня замуж, а я никогда не предлагал ей подобного.

– Саша, что ты говоришь такое? - Дрожащим голосом спрашиваю я и понимаю, что меня всю трясет как в лихорадке. - Я не верю… у меня просто не укладывается это в голове.

– Придется поверить, Мариш. Потому что это правда. Горькая, но правда. Прости, что так долго молчал. Не хотел тебя травмировать.

– Травмировать! Серьезно? Да ты меня практически убил сейчас.

– Прости. Если честно, я, наверное, так и не решился бы на это, если бы не сегодняшняя встреча. Но видимо, пришло время, раскрыть карты и очистить перед тобой душу.

– Нет, - я отрицательно покачала головой, - нет. Я не верю! Не верю! Саш, - я посмотрела на любимого мужа и взяла ладонями его лицо. - Скажи, что это неправда. Скажи, что это просто такая шутка, прикол, розыгрыш! Всё, что угодно! - Кричу я ему в лицо и плачу навзрыд. - Ты просто хотел так посмеяться на день рождения наших дочерей. Скажи хоть что нибудь, чёртов ты ублюдок!

– Ты правда хочешь, чтобы я это сказал?! - Резко спросил муж и я увидела, что он оскалился, как зверь. А затем выдохнул и сел в рядом стоящее кресло. Опустил голову на грудь и замолчал.

– Саш, у нас же семья и дочери взрослые. Мы же любим друг друга. Любили…

– Все это так, Мариш. И я ни разу не дал тебе усомниться в нашей любви. Я все эти годы был верен тебе.

– Ты все эти годы обманывал меня! - Резко ответила я, сама содрогнувшись от своего голоса. Наспех вытерла появившиеся скупые слезы. - Практически всю жизнь ты жил с другой женщиной и ничего мне не рассказывал. Ты изменял мне с ней, сволочь! Ложился с ней в одну постель, целовал… обнимал, шептал слова любви. Ты сделал ей сына! - Кричала я, задыхаясь от рыданий и боли, глядя мужу в глаза. Мой голос был хриплым от слёз.

– Мариш… я… прости.

– Как ты мог, Саш? Как ты мог изменять мне все это время? Ведь ты же давал клятву.

Я поднялась и, поправив волосы, направилась в сторону двери. А затем резко обернулась, с трудом, но взяла себя в руки и спокойно произнесла.

– У нас полный дом гостей. Все разговоры потом. Все же у наших дочерей день рождения, не хотелось бы испортить им праздник.

– Ты права, - устало произнес муж и тяжело поднялся с кресла.

Я открыла дверь и, стараясь держать спину прямо и не переставая улыбаться, пошла навстречу гостям. Мои дочери, словно принцессы, порхали среди своих родственников, друзей и знакомых, принимая поздравления и подарки. Кажется, они были самыми счастливыми на свете.

Пусть хотя бы сегодня, они не знают о том, что в ближайшее время мы с их отцом разведемся.

Это мысль резко пришла мне в голову и крепко засела. Теперь я уже точно знала, что не смогу и дальше жить с человеком, который обманывал меня практически всю жизнь. Он был для меня последним предателем и гнусным изменщиком. И даже если я смогу простить его и общаться в будущем, жить с ним я точно не буду.

Я просто не смогу перешагнуть через свою гордость и самолюбие. Просто не смогу.

– Я же говорила, - услышала ехидный голос матери, которая стояла в коридоре, сложив на груди руки, и искоса на меня поглядывала, - а ты меня не слушала. Ты никогда мать не слушаешь. Думаешь, умнее меня? Я всю жизнь прожила и видела подобное не раз. Они все изменяют, кобели поганые. И твой такой же. Сволочь! Чтоб ему провалиться где-нибудь, гниде.

– Мам, пожалуйста. Ну хотя бы сейчас, не дави на больное. Я и так еле живая.