Развод в 45. Танец на стекле

Глава 12

Следом еще сообщение:
«Девочки. У нас беда. Маша… В общем, она встречается с мужчиной. Ему 42. Он женат. Я не знаю, как это остановить.»

Я остановилась прямо посреди улицы. Люди обходили меня, кто-то буркнул что-то раздражённое, но я не слышала. Просто смотрела в экран. В это сообщение, как в зеркало — только с другой стороны стекла.

Лиза тут же ответила:
«С тем самым? С фотографом?»

Таня:
«Да. Он старше её почти вдвое. А она — как будто околдована. Уехала к нему на выходные. Сказала, что это любовь. Что мы с мужем просто ничего не понимаем.»

Я вдруг ощутила, как ноги становятся ватными. Перед глазами вспыхнуло: моя студия, зеркало, балетный зал… Аля. Моя «лучшая девочка». Та, которую я пригрела. Та, которой доверяла.

Та, которая легла в постель с моим мужем.

И вдруг — как пощёчина — мысль: а если для неё это тоже была “любовь”? Такая же странная, ослепляющая, как у Маши?

Я зажмурилась. Нет. Нет, чёрт возьми. Она знала. Она понимала. Это предательство.

Но внутри — уже что-то дрогнуло. Потому что Таня сейчас плачет не от злости. А от страха за свою девочку.

И я внезапно поняла: а что, если Аля — не только обманщица? А ещё и жертва? Что, если она тоже просто — потерялась?

Лиза тем временем писала:

«Тань, держись. Но не выгоняй, не рви с ней. Сейчас важно, чтобы она не замкнулась. Ей всё ещё нужна мама. Даже если она об этом сама не знает.»

Я стояла, сжимая телефон. Пальцы побелели.

Всё не так просто. Мир — не делится на героев и злодеев. И, возможно, Аля не была чудовищем.

Иван — был.
А вот она…
Кто она?

Я быстро написала сообщение:

“Таня, держись! Вечером собираемся в нашем обычном месте! Всё обсудим!”

Я выпрямилась, заставив себя идти дальше. Вперёд — к студии, к бухгалтерии, к бумажной волоките, к жизни. Потому что если уж я теперь никому не верю — значит, должна верить себе.

Когда я подошла к дверям студии, сердце глухо стучало где-то в животе.
Я вставила ключ, провернула — и вдохнула знакомый запах: лак по дереву, пыль от пуантов, духи из раздевалки, кофе, который кто-то сварил утром.

Это был мой дом.
Настоящий.
Единственный.

Пол скрипнул под ногами. Я прошла по коридору, провела пальцами по стене, где висели фотографии с наших отчётных концертов.
Вот девочка в костюме лебедя, едва не свалившаяся со сцены — и смеётся.
Вот старшая группа, обнимается за кулисами.
Вот я — с ними, со всеми, ещё с Алёной, еще до всего этого.

Я вспомнила, как мы с Иваном сами красили эти стены. Он тогда матерился, как сапожник, потому что я всё переделывала — не тот оттенок, не тот стык.
А потом он взял меня за талию, измазал в краске и поцеловал.
Я рассмеялась тогда — так легко, как уже давно не умела.

Звук шагов.
Ко мне выглянула Женя, администратор.

— Наталья Сергеевна, — она выдохнула с облегчением. — Вы как раз вовремя. Там… какое-то официальное письмо, сказали передать вам.

— Хорошо. Сейчас посмотрю, давай.
Голос прозвучал ровно. Почти по-деловому.

Я прошла дальше — к своему кабинету, заперла дверь на щеколду и на секунду прислонилась к ней спиной.

Внутри всё клокотало.
Аля. Иван. Лера. Таня.
И клиника.
И налоги.
И эта мысль: я одна.
На этом поле — одна.

Но я не позволю им забрать у меня студию.
Не позволю разрушить ещё и это.

Я разжала кулак. В ладони остались ногти — я даже не заметила, как вцепилась в себя.

Привела себя в порядок. Провела рукой по волосам, выдохнула и вышла.

Женя боязливо протянула лист ко мне — официальный бланк с гербом и штампом налоговой. В верхней части красными чернилами — сумма с неприятными нулями и резолюцией «для принудительного взыскания».

Начинаю читать про себя:

— …взыскать с общества с ограниченной ответственностью…налоговую задолженность и пени… — я вслух читала текст, всё глубже проваливаясь в эту бумагу. — В течение пяти банковских дней перевести средства на счёт Федеральной налоговой службы…реквизиты ниже.

Голос дрогнул. Руки с листом задрожали.

— Наталья Сергеевна, — кивнула она. — Что-то серьёзное?

Женя чувствует, как изменилось моё лицо, но я пытаюсь взять себя в руки.

— Антонина Вадимовна на месте? — сказала я, потом посмотрела на время и ответила сама себе. Вся бухгалтерия разошлась по домам. Я замерла. Пальцы побелели на ручке.

Набираю нашему главбуху — не берёт.

— Я ничего не понимаю! — пробубнила под нос. — Мы же всё платим вовремя. Как это возможно?! Откуда мне взять сейчас эти деньги?

Закрываю лицо руками и пытаюсь дышать. Я прекрасно знаю какое-нибудь Гран-жете, а не бухгалтерский баланс и проводки.