Развод в 45. Ты не заставишь меня молчать

Глава 1.

- Здравствуйте. Меня зовут Леона. И я дочь вашего мужа. Приятно наконец познакомиться, - беззастенчиво выдает девушка, протискиваясь в прихожую.

Потрясенно моргаю, но видение никуда не исчезает.

В голове роятся самые абсурдные предположения. А тело уже на автомате преграждает гостье дорогу.

- Простите? – с трудом выдавливаю из себя. На большее меня пока не хватает.

Когда открывала дверь, ожидала услышать что-угодно, только не это.

- Дочь. Льва. Романовича, - с расстановкой повторяет она для меня, как для глухой или недалекой. - Вы же Есения Даниловна, верно?

Медленно киваю, не спуская глаз с непрошеной гостьи.

Она с напускным дружелюбием улыбается. И ждет, чтобы я переварила информацию.

Я бы, наверное, меньший шок испытала, представься девушка любовницей Льва.

Такие налёты на нашу семью уже случались. Лев занимает высокое положение, возглавляет процветающую корпорацию и воротит большими деньгами. Таких людей часто пытаются подставить, откусить кусок капитала за счет шантажа или еще чего-то гнусного…

Но дочь??

Сердце леденеет, забывая про следующий удар.

Хотя я, конечно, уверена, что это очередная подстава или дурацкий розыгрыш. Лев не мог изменить мне!

А тем более лет… сколько ей? На вид восемнадцать-девятнадцать…

Нет, он бы не стал столько лет скрывать от меня ребенка!

Наверное, у меня на лице всё отпечаталось. Поскольку девушка приходит в движение.

- Вы не ослышались. Хватит уже сверлить во мне дыру, - ядовито улыбается она, предпринимая еще одну бестактную попытку войти в квартиру. – Я дочь папы. То есть вашего мужа. Льва. Теперь можно зайти? – насмешливо вздергивает она бровь.

И меня льдом сковывает от этого чересчур знакомого выражения на ее симпатичном личике.

Она сейчас действительно очень похожа на Леву. Он тоже так делает, когда дает время на осознание.

- Если продолжим говорить тут, нас соседи услышат, - не добившись от меня приглашения, угрожает девица. - Я могу быть очень громкой. А вы же вроде… как это называется? Публичные, - кривит она губы.

Тонкие, аккуратные. Такие прежде называли аристократическими. Еще до моды на надувные мармеладки у входа в рот.

Только сейчас нахожу в себе храбрость рассмотреть девушку. Разобрать детально ее внешность на предмет схожести с предполагаемым отцом.

И, увы, прихожу к выводу, что совпадения есть. Один этот презрительный взгляд чего стоит! Под бровями вразлет.

- Насмотрелись? И как? Похожа? – безошибочно считав то, что творится у меня внутри, усмехается та, что назвалась Леоной.

Еще и имя это! Оно же точно производное от «Льва».

Лион, Леон – тоже ведь как «лев» переводится…

Хотя имя можно было придумать. Оно в принципе больше на вымышленное и смахивает. Или на иностранное.

«Леона – привет из заграничных командировок мужа?» - щиплет мне извилины догадками.

Когда мы только поженились, Леве часто приходилось летать по Европе. Они тогда только начинали развивать бизнес. Он ездил, договаривался о поставках.

Это потом уже мой муж перерос в адинамичного баснословно-богатого предпринимателя, привыкшего отдавать приказы. Оброс связями и влиянием. Так что теперь у Льва целый штат на побегушках. Есть кем командировать! Да и самому, вечно занятому и нужному здесь, редко удается куда-то вырваться.

- Проходи, - сухо говорю, всё-таки разрешая Леоне войти.

Охрана же ее почему-то пропустила. Значит, опасности в ней не обнаружили.

Но это тоже спорное утверждение. У меня вон сердце сейчас покалывает так, что Леона вполне может стать причиной сердечного приступа у меня.

- О-о, а у вас тут реально шик! – улыбается она во весь рот, без всяких комплексов избавляясь от кроссовок. Они неуклюже заваливаются на бок и застывают, уперевшись друг в друга носиками.

Я бы сейчас тоже не отказалась от возможности опереться на кого-то. В ушах шумит так, будто я вот-вот растянусь в обмороке на теплом полу прихожей.

Леона так и проходит в гостиную босиком. Вернее, в носочках с какими-то мультяшными рисунками.

Механически хочу предложить ей тапочки, но из меня теперь не выбить ни звука.

У меня всё в горле заледенело, когда краем глаза я заметила кулон, сверкнувший на девушке.

Стою и, словно примороженная к полу, жду, чтобы она обернулась.

Так и есть. На шее Леоны висит та самая подвеска, которую я однажды нашла в нашем загородном доме.

- Павел заезжал. С дочерью, - ответил тогда Лев на мой удивленный возглас. – У нее сейчас сложный период. Работу найти не может. Он и решил взять дочу к себе. Дает ей несложные задания, таблицы всякие заполнять.

Я тогда не стала заострять внимание. Про дочь Павла я и в самом деле слышала уже от кого-то. И уважала его за решение поддержать таким образом дочку.

Лев бы, наверное, просто перечислил круглую сумму на счет сына. Чтобы не ныл. Хотя наш Рома не из тех, кто жаловался бы. Это еще постараться нужно, чтобы Ромочка признался хотя бы мне, что у него проблемы. А с отцом у них и вовсе диалог выстраивается со скрежетом.

Зачем я об этом сейчас думаю? Мозг пытается защититься от здесь и сейчас?

А сейчас у нас есть от чего спасаться!

Передо мной продолжает вышагивать ошибка Левиной молодости. Судя по виду, двадцатилетней давности.

«А ошибка ли?» - ехидно спрашивает внутренний голос.

Может, Лева намеренно и самозабвенно изменял с самого начала. И это я, дура, все эти годы ничего не замечала?

- Сколько тебе лет? – спрашиваю пришелицу из страшного прошлого.

- А сколько дадите? – азартно улыбается девушка. – Высчитываете, когда мой папочка налево сходил? И как, есть уже догадки?

Ее ухмылка расплываться начинает перед глазами. Это не слезы. Просто нервный накал дошел до той точки, когда всё перегореть готово в голове.

В свои 45 без хвостика я выгляжу и чувствую себя довольно молодой. И меня еще не мучают скачки давления. Но, кажется, сегодня мне грозит первый приступ.