Развод в 45. В приоритете молодые

Глава 14

Марго резко меняется в лице. Еще секунду назад она смотрела на меня, как на пыль под каблуками. А сейчас с негодованием смотрит в пол, боясь поднять на меня глаза. Для нее мой триумф больнее настоящего удара.

– Валентин Сергеевич, мы вам так рады, – мурлычет она и заправляет за ухо идеально накрученный локон. – Может, бокальчик шампанского? Или белое? У нас отличное шардоне из частной коллекции. Я лично выбирала.

Он едва поворачивает голову, будто не слышит вовсе.

– Нет, спасибо, – отвечает сухо. – Я не пью. Давайте ближе к делу.

Марго снова вздрагивает, как обожжённая. Кокетливая улыбка пропадает с лица.

Снова наступает неловкая пауза, и вот, наконец, в разговор вступает мой сын:

– Валентин Сергеевич, спасибо, что пришли. Очень рад, что вы здесь. Я бы хотел обсудить с вами запуск моего стартапа. Производство функционального спортивного питания, премиум-сегмент.

–Да, я слушаю, – отвечает Валентин, кивнув.

– У нас уже есть технологии, часть вложений покроет отец. Но нам нужен спонсор. Опытный, статусный. Такой, как вы.

Он говорит уверенно. Гладко. Заученно.

Я сижу и смотрю на него. На своего сына. И ловлю себя на мысли: он звучит как Игорь. Слишком взрослый, слишком пустой. И я не уверена, что в нам осталось что-то от моего мальчика.

Валентин молчит, внимательно кивая в такт словам Сергея, а затем вдруг поворачивается ко мне:

– А что вы думаете об этом проекте, Елизавета Геннадьевна?

Наступает тишина. Я невольно вздрагиваю, когда понимаю, что сейчас он ждет от меня не просто похвалы собственного сыночка, а настоящей экспертной оценки.

Сергей нервно моргает. Марго замирает, едва не пролив воду. Игорь напрягается.

–Нууу, я бы сказала, что есть некоторые нюансы, – начинаю несмело.

–Да? И какие же?

Делаю глубокий вдох прежде, чем начать говорить, как вдруг меня прерывает писклявый возглас Марго.

– Валентин Сергеевич, я вообще-то тоже в теме всего этого спорт-пита! Я же в фитнесе, постоянно общаюсь с нутрициологами, тренерами…

Валентин поднимает на нее хмурый взгляд.

–Правда? И чем же таким вы можете с нами поделиться, что было бы нам полезно?

–Да чем угодно! И вообще, спортивное питание – это несложно! Вот, например, у меня лично был опыт с глютамином. Или… как его… карантином. Мы с девчонками пробовали в прошлом году. Классная штука, кстати. Можно добавлять в смузи!

Она щебечет и щебечет. Слова льются, как из сломанного чайника. Ни одной связной мысли.

–Так вот от этого L–карантина, мы пять кг скинули за неделю! Вам тоже надо такой продавать!

Захаров сидит молча, не перебивает. Лишь раз поднимает бровь, когда она в очередной раз говорит о «карантине».

Карнитин, Марго. Не «карантин!»

Она машет руками перед собой, демонстрируя длинные ногти и браслет, который, по всей видимости дарил, ей богатый ухажер. А может быть даже и мой муж.

– Я даже могу помочь с брендингом! – восклицает она. – Сейчас всё решает упаковка. Стиль, вкус, девчонки–фитнес-модели с прессом – вот что продаёт!

– А формулы? – вдруг спрашивает Валентин.

Марго моргает.

– Ну… формулы – это ж дело техники, да? Сейчас всё делается быстро. Главное – подача!

Я отвожу взгляд, чтобы не рассмеяться. Марго мечется между комплиментами, излишней инициативой и дешёвой показухой. Она не понимает одного – Захаров не тот, кто покупается на шум. Этот мужчина привык видеть реальных людей. Работать с головой, не вестись на оболочку.

Именно таким я его помню. И, видимо, таким он и остался.

–Ладно, кажется, я вас понял, – наконец, не выдерживает Захаров и вновь переключается на серьезный лад.

–Упаковка и карантин, конечно, нам тоже будут нужны. Но сейчас все упирается в деньги и раскрутку бизнеса. Елизавета Геннадьевна, – вдруг говорит Валентин, оборачиваясь ко мне чуть ближе, – я так понимаю, у вас всё ещё работает клиника?

Он делает паузу. В саду становится тише. Даже стрекотание цикад будто замирает.

К чему он вдруг заговорил о моей клинике?

– Может, вам тоже будет интересно участвовать в проекте Сергея? Синергия двух, а может, и трёх бизнесов обычно даёт гораздо сильнее выхлоп, чем точечные вложения.

Я слышу, как у Марго где-то сбоку дергается дыхание.

Сергей замирает. Его лицо – как вырезанное из дерева, но глаза... Они смотрят на меня почти умоляюще.

«Скажи, что будешь. Скажи, что ты с нами».

Игорь подается вперёд. Он не вмешивается, но в его взгляде читается всё: контроль, давление, расчет.

– Ты ведь могла бы, мам, – говорит Сергей негромко, уже без улыбки. – Хотя бы частично. У тебя же есть свой капитал.