Развод в 45. Я выбираю т(с)ебя

Глава 22

Я одна. Алина не хочет меня видеть. Избегает. Прячется в своей комнате, как в глухой норе.

Сижу на полу, оперевшись спиной о дверцу шкафа. Перебираю пальцами ветхий альбом. Вокруг потрёпанные коробки. На них пометки “от мамы”, “старое”, “с прошлой квартиры”. Пыльный запах бумаги, тонкий шорох страниц.

Шмыгаю носом. Кручу в голове слова дочери.

В детстве я мечтала стать моделью. Не экономистом, не бухгалтером — моделью.
Брала мамины туфли на каблуках — те самые, лакированные, в которых она раз в год ходила в театр. Вышагивала вдоль серванта, глядя на своё отражение. Голова высоко поднята, плечи расправлены, в животе странное дрожание от важности момента.

Я засыпала с подушкой, под которой были спрятаны старые номера "Бурда Моден", "Vogue", "Elle" — раздобытые чудом в бурные 90-е. Листала их до дыр, учила модные слова на английском, повторяла их про себя как заклинания.

Сидела на глупых диетах, глотала воду литрами, верила, что когда-нибудь обязательно поеду в Париж, выйду на подиум, буду ослепительно улыбаться под камерами.

А потом мама сказала:
«Все манекенщицы — проститутки. Мерзость-то какая! Тебе должно быть стыдно даже думать об этом!»
И я перестала.
Просто вычеркнула мечты из головы, будто вырвала страницу.
Пошла туда, где "надёжнее". Экономика. Деньги.

Капитализм на пороге призывно манил всех желающих образами сытого будущего. Как на Западе.

Зубрёжка алгебры и обществознания. Ещё год — остывший чай на томике “Микроэкономики”.

Крики из телевизора: "Доллар растёт!"

Я смотрю в маленькое круглое зеркальце пудры и стыдливо стираю губы салфеткой. Вкус губной помады пахнет мечтой, которая никогда не сбудется.

Однажды, сидя дома, я попробовала — вроде в шутку — пройтись вдоль зеркального шкафа-купе. По телевизору как раз шло зарубежное шоу про ТОП-моделей.
Шаг, второй.
Как там, на подиуме.
Внутри ёкнуло, заныло неуёмной ностальгией... и — умерло.

Глупо! Какая уж я модель! Растяжки после родов, чуть припухлый животик и мягкая попа, хоть фигура в целом и ничего. Да и на фотографиях я редко получалась удачно.

Я закрываю альбом. Хочется выть. Ухватиться за частичку своего прошлого, полного надежд.

Продолжаю перебирать коробки, сама не зная, зачем. Руки шуршат по пыльным пакетам, по засаленным уголкам коробок. И вдруг — ткань.

Я разворачиваю платье. Маленькое чёрное — такое простое, но элегантное. Платье, в котором я шла к Максиму на первое настоящее свидание.
Я тогда колебалась — надевать его или нет. Казалось слишком дерзким. Слишком взрослым для меня. Помню, как стояла перед зеркалом, вертясь, кусая губы.
Сердце колотилось в груди, в ушах звенело.

Максим ждал меня у парка. Куртка нараспашку, улыбка — та самая, с ямочкой на щеке.
Я шла к нему — тонкими каблуками по мокрому асфальту — и всё время думала: он точно меня ждёт? Точно меня?
Когда подошла ближе, он посмотрел на меня так, как будто я была единственным человеком на планете. Единственным чудом.

— Ты такая красивая, — нежно сказал он. Наклонился, поцеловал в висок.
Тогда мне показалось, что можно не дышать целую вечность, чтобы сохранить этот миг.

Я держу платье в руках. Провожу пальцами по тонким швам, где нитки уже начали рваться.
Время оставило следы.
На ткани. На коже. На мне.

Подношу платье к себе, пробую приложить к плечу. В нём ещё живёт слабый запах прошлых духов. Что-то яблочное, сладкое.

Как же больно!

Опускаюсь на пол вместе с этим платьем. Прижимаю его к лицу.
И плачу.
Беззвучно, чтобы не услышала Алина за дверью.
Потому что уже стыдно — и за мечты, и за слёзы, и за то, что я до сих пор люблю того, кто выбрал не меня.

В отчаянии хватаю ноутбук, заказываю пачку журналов через интернет. Хочу снова окунуться в этот запах глянца, в иллюзию того, кем могла бы быть. В какую-то другую Аню, которая не страдает. Она улыбается мне под ярким светом софитов.
Сердце бешено стучит, когда я нажимаю «оплатить».

Как волнительно! И тут…
Ошибка.
Повторить.
Ошибка.

Невозможно оплатить. Карта заблокирована.

Максим. Конечно.

Раньше у нас не было "его" и "моего". Были "наши" карты. Наши деньги. Наша жизнь.

Теперь я лишняя даже на уровне банковской системы.

Лихорадочно ищу реквизиты своей карты. Должно же что-то быть! Хоть что-то!

У меня всегда был план “Б” на все случаи жизни. Я была готова к катастрофе, апокалипсису, второму пришествию. Чему угодно, но не предательству любимого человека!
Сломя голову роюсь в письмах, вспоминаю пароли, пытаюсь войти в личный кабинет. Всё как будто специально путается, глючит, валится из рук.

Дыхание сбивается.

Ладони вспотели.
Чувствую себя ребёнком, потерявшимся в незнакомом городе.

На автомате набираю номер Леонида.

Второй рукой восстанавливаю доступ к своему счёту. Как хорошо, что я откладывала хоть что-то. На первое время должно хватить, но лишние траты всё равно придётся убрать и наниматься на работу.