Развод в 45. Я выбираю т(с)ебя

Глава 32

Прошло два дня.

Дом будто завяз в тягучей тишине. Не той, что умиротворяет, а той, в которой звуки гремят как в гробу.

Алина почти не выходит из комнаты. На кухню — поесть, в ванную — умыться, потом снова исчезает за своей дверью.

Иногда я слышу её шаги — быстрые, как у зверька. Шлёп-шлёп-шлёп. И всё.
Ни слов. Ни взглядов

Я пыталась.

Пекла сырники. Заходила с вопросами — как прошёл день, всё ли в порядке, не хочет ли прогуляться.

В ответ — пожатие плечами, реже — «нормально». И всегда — стена. Не бетонная, нет. Хуже. Гибкая, будто водяная, скользкая, неуловимая. Её не пробить, не перелезть, не обойти.

Иногда мне кажется, что в этой квартире два одиночества, связанные кровью.

Телефон звонит. Опять Ника.

Я смотрю на экран, как на врага. У неё слишком бодрый голос, у неё всегда так.

Я не беру трубку.

Потом, через час — снова. И ещё через два.

На четвёртый раз поднимаю.

— Ань, я понимаю, ты не в настроении, но ты меня уже три дня игноришь, — говорит она сразу. — Поэтому слушай. Есть хорошие курсы — интенсив по современным технологиям. Супервизия, практика, плюс оффлайн. Ходишь, дышишь, слушаешь. Живёшь, понимаешь?

— Ника…

— Аня. Тебе нужна смена воздуха. Ты вся в этой своей боли, как в мокром одеяле. Сними его с себя. Хотя бы ради дочери.

Я вздыхаю. Слова — будто по живому.

Но попадают.

— Я не могу её оставить.

— Она и так тебя не пускает к себе. Ты сидишь у закрытой двери и гадаешь, где ключ. Он может быть снаружи. Или внутри тебя. Но точно не в этой комнате.

Я молчу.

— Пойди. Ради себя. Тебе надо двигаться дальше.

Я почти слышу, как она улыбается.

— Ты ведь хочешь выбраться, Ань. Просто боишься. Это не слабость. Это усталость. И она лечится.

Я медленно выдыхаю.

Потом говорю:

— Хорошо. Я пойду.

И в ту же секунду мне становится немного легче.

Совсем чуть-чуть.

Как будто я разжала кулак, в котором давно держала холодный камень. Он всё ещё при мне, но теперь я знаю: могу его отпустить.

Утро. Я стою перед зеркалом и смотрю на себя так, будто вижу в первый раз.

Пальцы мнут край рубашки — белой, новой, выглаженной. Я специально её купила. Хотела выглядеть… как профессионал. Или хотя бы как человек, у которого ещё есть шанс.

Курсы повышения квалификации по экономике — звучит солидно.

Но внутри всё дрожит. Будто я не на курс, а на казнь иду. Или в другой мир.

Я крашу ресницы — осторожно, будто рисую маску.

Потом надеваю плащ. Ключи в карман. Сумка через плечо. Документы, тетрадка, ручка.

Лифт несёт меня вниз — гулко, как саркофаг. Я ловлю отражение в металлических дверцах.

Чужая.

Уставшая.

Чуть-чуть надеющаяся.

Аудитория небольшая. Лампы холодного света, ряды столов, белая доска.

Я прихожу одной из первых, сажусь в угол, ближе к окну. Сердце бьётся слишком быстро.

Люди подтягиваются — девушки, в основном. Молодые. У одной розовые волосы, у другой — ноутбук с наклейками и огромный стакан кофе. Они весело переговариваются: кто где работал, кто что проходил.

Я слушаю краем уха, будто из-под воды.

У них свой ритм. Своя энергия.

Мне бы хотелось быть с ними — не рядом, а наравне.

Но я чувствую, что не вписываюсь. Как старая монета среди новых.

— Извините, тут свободно? — спрашивает девушка с длинными прямыми волосами, указывая на соседний стул.

Я киваю. Она садится, улыбается.

— Я Оля. Только закончила универ. А вы?..

— Аня, — отвечаю я. Голос сухой.

— Работаешь где-то?

— Когда-то. Сейчас… хочу вернуться.

Она кивает с уважением, хотя я не уверена, поняла ли.

Преподаватель входит — мужчина средних лет, с голосом, как у телеведущего. Начинает говорить о прогнозировании спроса, моделях, о влиянии поведенческой экономики.

Я достаю ручку. Начинаю писать.

Буквы сначала кривые, как будто рука разучилась. Но потом вспоминает.

Я тоже вспоминаю. Что-то из старого опыта, из цифр, из логики.

Что-то щёлкает. В голове, как старый замок.

Потом — перерыв.

Все идут за кофе, шутят. Я остаюсь на месте, делаю вид, что перечитываю конспект.