Развод в 45. Закон бумеранга для бывшего

Глава 2. Истинное лицо...

Устраивать истерики было не в моём характере. Терпения у меня хватало — вагон и маленькая тележка.

Хотя всё внутри разрывалось, вернувшись домой, я всё равно приготовила ужин. И села ждать.

Когда услышала скрип ключа в замке — сердце едва заметно сжалось. Я надела на себя скорлупу безразличия. Искусственную, но крепкую. Чтобы выдержать. Чтобы хватило сил.

Сергей вернулся. Я знала, что он задержится — как обычно. Предупредил по телефону.

Его голос во время звонка звучал обыденно. Ровный. Спокойный. Без тени волнения или стыда.

Конечно — он не подозревал, что всё вышло из-под контроля.

Я стояла у стола, заканчивая накрывать ужин. Всё было идеально.

Его любимая паста с сырным соусом. Немного малиновой настойки.

Для меня этот ритуал был не просто привычкой. Я пряталась за ним, как за щитом.

Накрыла ужин, чтобы не дать себе упасть. Чтобы не дать себе почувствовать отчаяние. Чтобы боль не захлестнула с головой.

Когда Сергей вошёл, на лице у него сияла обычная лёгкая улыбка.

Безо всякой тени смущения. Без чувства вины.

Он скинул куртку, поставил портфель в угол и направился ко мне.

– Привет, – сказал он, наклоняясь, чтобы чмокнуть меня в щёку. Я чуть отстранилась, незаметно, на полшага.

– Привет. Как работа? – мой голос звучал на удивление ровно, даже тепло.

– О, как всегда – тяжёлый день! – он потянулся, разминая плечи. – Бесконечные отчёты, ленивые люди... Устал до чёртиков!

Он взглянул на стол:

– Ого, паста! Ты сегодня просто богиня!

Я улыбнулась, сохраняя ту же маску, как и во всём остальном.

Мы сели за стол. Сергей начал весело рассказывать о каких-то встречах, о том, как его коллега перепутал важные документы, как ему пришлось объехать полгорода просто так. Он смеялся, говорил громко, жестикулировал.

Я кивала, поддакивала, время от времени поднимала на него глаза – ледяные, холодные до ужаса. А он ничего не замечал.

Но когда я снова не ответила, он вдруг напрягся.

– Ты сегодня какая-то странная, – произнёс недовольным тоном, нахмурившись. – Всё в порядке?

Я отодвинула чашку чая в сторону. Мягко, аккуратно, никаких резких движений.

– У меня всё отлично. А у тебя?.. – спокойно ответила я.

На его лице отразилось замешательство. Сергей замер, недоумённо рассматривая моё лицо. Я потянулась за телефоном, который лежал рядом. Открыла сообщение и тихо, без всяких объяснений, передала ему.

Сергей застыл. Рука, державшая вилку, слегка дрогнула. Он уставился на фото, будто надеялся, что оно исчезнет, если он будет смотреть на него достаточно долго. Побледнел. Не сразу, но его лицо явно стало светлее на пару тонов. Губы сжались в узкую линию, но глаза… глаза вспыхнули. Они начали метаться из стороны в сторону, открывая его панику.

Я сидела спокойно, разглядывая мужа с прищуром. Даже моргала редко. Он несколько раз открывал рот, но звука не последовало. Смотрел то на меня, то на фото. Грудь его резко вздымалась – он пытался найти слова оправдания, но все они умирали на его губах.

– Это... это... – наконец пробормотал Сергей. – Это не то, что ты думаешь.

Я продолжала смотреть на него. Молча.

Вдруг он замолчал, уткнувшись взглядом в стол. И через мгновение лицо его резко изменилось, будто внутри него что-то щёлкнуло. Паника неожиданно – а может, ожидаемо – сменилась злостью.

– Ты вообще себя в зеркало видела?! – прорычал муж, резко бросая телефон на стол и впиваясь в меня раздражённым взглядом. – Так посмотри! Совсем перестала за собой ухаживать. Другие жёны в салоны ходят. Причёски делают. За ногтями следят. А ты? Посмотри на себя внимательно.

Каждое слово било меня хлыстом. Я вздрагивала – глубоко внутри, а внешне оставалась совершенно непроницаемой.

– Ты только и думаешь о своей работе. Постоянно занята. Секс раз в неделю! Потому что у тебя в остальное время «болит голова», – он изобразил кавычки пальцами. Голос стал ещё громче.

А я презрительно хмыкнула. Какая натуральная ложь. Как минимум через день он склонял меня к близости, и я очень редко отказывала. Только если действительно раскалывалась голова.

– Я живу с тенью, – продолжил Сергей гневно. – С кем-то, кого раньше называл своей женой. Теперь же ты просто бездушный робот. Бревно!!! Мне с тобой скучно и душно!

Он уже кричал. Лицо раскраснелось. Слова лились уничижительным потоком. Всё, что копилось в нём долгое время, теперь вырвалось наружу, обливая меня с ног до головы мерзостью.

Он назвал меня бревном? Теперь понятно, откуда у любовницы подобные эпитеты для меня.

Я ничего не чувствовала. Как будто меня накрыло куполом, защищающим от боли. Смотрела прямо в глаза этому бесстыжему человеку – холодно, без эмоций. И удивлялась: как я могла его любить? Ценить? Заботиться?

– Закончил? – спокойно спросила я, перебивая его очередной взрыв оскорблений.

Он замолчал, будто мой голос ударил его по щеке. Я поднялась на ноги и жёстко посмотрела ему в глаза.

– Не смей обвинять меня в том, что ты предал нашу семью, – продолжила всё таким же ровным голосом. – Желаешь переложить всю вину на меня? Заставить почувствовать себя виноватой? Это не сработает, уверяю тебя.

Сергей молчал, тяжело дыша. Я взяла свою чашку, медленно допила чай и посмотрела на него, как на кусок дерьма.

– А теперь я пойду спать. Мне завтра рано вставать на работу. Твой чемодан собран – в коридоре стоит. Как встану, проветрю здесь, чтобы духу твоего не было.

Не дожидаясь ответа, я ушла. За спиной всё ещё слышалось его рваное сопение. Потом что-то разбилось – похоже, на пол полетели тарелки вместе с моим ужином. Но я не обернулась. Заперлась в своей спальне и уже не слушала проклятий, которые он изрыгал на мою голову, пока бесновался.

Стучал мне в дверь, угрожал. Потом угрозы сменились умоляющим тоном. Но я молчала.

И тогда напоследок Сергей прикрикнул:

– Вот останешься одна – и сдохнешь с голоду! Ты ничтожество и без меня ничего не значишь! И то, что это твоя квартира – только ускорит твой конец. Чем ты, интересно, будешь за неё платить? Уборщицей пойдёшь? Так зарплаты не хватит!