Развод в 46. Ты всё разрушил

Глава 5

Вера

— К ней можно? — с мольбой смотрю на доктора, думая о том, что даже если он откажет, я все равно напролом пройду в палату.

— Да, проходите, — дает согласие мужчина, и мы вместе с Юрой врываемся внутрь. Увидев нас, доченька вяло улыбается.

— Милая моя, — я обнимаю её, слегка прижав к себе. — Ты нас так напугала.

— Я тоже испугалась, мам, — хрипит моя девочка осипшим голосом.

— Ничего, родная, все обошлось. Все будет хорошо, — ради спокойствия дочери натягиваю на лице улыбку, несмотря на то, что внутри я умираю от боли. Уголки губ дрожат, и мне стоит невероятных усилий не разрыдаться прямо здесь.

— Мы рядом, Софушка, — ласково произносит Юра. Когда он смотрит на дочь, его стальной взгляд теплеет. Он берет малышку за руку и гладит её по каштановым волосам. София копия Юры. Они похожи с ним как две капли воды.

Где-то в глубине души я понимаю, что Юра не сможет сейчас уйти. Иначе он подвергнет жизнь дочери опасности. Но и играть с ним в счастливую семью у меня тоже нет желания. Ощущение, что мы оба с ним находимся в безвыходном положении. Юра не сможет жить рядом с любимой женщиной, а я…

Буду жить с Юрой, зная, что он любит другую, а ко мне у него уже давно угасли чувства. И это будет жесточайшая пытка. Наверное, лучше бы Юра и в самом деле ушел. Тогда бы у меня отболело за один раз, я бы справилась, научилась жить без него… А теперь… Как же все не вовремя. Словно судьба нарочно сделала так, чтобы мы с Юрой не смогли разлучиться по собственной воле.

— Папа, я хочу домой, — капризничает дочка, поджав пухлые губки.

— Мы обязательно поедем, малыш. Только чуть позже. Потерпи немного, хорошо? Тебе проведут нужные обследования, и если все будет хорошо и новых приступов не появится, завтра утром мы поедем домой.

— Все вместе? — глаза дочери заблестели, и это блеск подобен сверканию лезвия ножа. Который прямо сейчас режет мое сердце на две части.

— Конечно, — кивает Юра, и я представляю, как он раздосадован, что должен сейчас торчать здесь, а не кувыркаться в постели с любовницей.

— Пап, а мы заедем в нашу любимую пиццерию? — Софа непроизвольно снова делает мне больно. Раньше у нас была маленькая традиция — каждое воскресенье мы ходили в итальянский ресторанчик неподалеку от дома, где обедали вкусной пиццей. Раньше… А теперь…

А теперь я даже не представляю, как дочь переживет наш разрыв, а рано или поздно она обо всем узнает. И тогда… При мысли о том, что из-за этой новости моей девочке может стать плохо, сердце разрывается от отчаяния, а ещё хочется вцепиться в глотку Юре. Если бы не его любовь к новой пассии, вместе нам было бы гораздо проще со всем справиться.

И он, услышав просьбу дочери, бросает на меня косой взгляд. Затем снова смотрит на Софу, слабо кивая.

— Да, ангел мой. Как скажешь.

Далее я читаю малышке сказку на ночь, прямо как в детстве, когда ей было всего пять. И несмотря на то, что Софа стала постарше, она все равно довольно быстро засыпает.

Смотрю в одну точку на стене, крепко сжимаю руки, до боли.

Юра молча сидит сзади от меня.

— Ты можешь ехать. Я побуду с ней, — мой голос глухой и безжизненный. Кажется, этот день разом убил меня, высосал все силы. Еще вчера у меня была счастливая семья, здоровая дочь. Сегодня - ничего.

— Вера, — с упреком рычит Юра.

— Я попрошу Данила, он нас заберёт и отвезет домой.

— Прекрати, — Юра повышает голос, но так, чтобы не разбудить дочь.

Встаю на ноги и подхожу к предателю ближе, остановившись в полшага от него и смотря на него разочарованным взглядом.

— Юра, езжай. Тебя ждут.

На что муж начинает злиться ещё сильнее. Его лицо стремительно краснеет, челюсти сжимаются, глаза сверкают яростью. Он встает на ноги и стискивает мой локоть так сильно, что я чувствую боль. Его дыхание - тяжелое и прерывистое, словно он вот-вот взорвется от гнева. Юра с силой тащит меня за собой и выводит в коридор.

Благо, что он пуст, и мои родители уже уехали домой.

По коже пробегают неприятные мурашки, я никогда не видела своего мужа таким злым. Наверное, потому что рядом я - старая и скучная жена, сухая и деревянная. Будь на моем месте его новая любовь, он бы вел себя совершенно по другому. Эта мысль ранит мое больное сердце. Доводит до отчаяния.

— Ты нарочно это делаешь? — здесь он уже дает волю гневу. Его басистый голос отдается звоном в тихом темном коридоре.

— Что я делаю? Отправляю тебя туда, где ты сейчас должен быть? — хмыкаю я, вырвав свою ладонь и сложив руки на груди. Внутри все клокочет от боли и жгучей обиды на неверного супруга.

— Я сказал, перестань, — муж снова грубо хватает меня за запястье, приблизившись в упор к моему уху, опаляет его жарким дыханием. — Оставь свои ядовитые фразочки при себе. Наша дочь больна. И сейчас для меня она на первом месте, ясно тебе?!

Резко отстраняюсь от предателя, пытаюсь вырвать руку из его стального захвата. Но он будто бы назло, сжимает её крепче.

— Поэтому мы с тобой забываем все то, что было сегодня за ужином. Продолжаем играть счастливую семью. Ради Софы.

— А если я не хочу? Если я не хочу больше иметь с тобой никакой семьи?! — раздраженно шиплю, ощущая, как в уголках глаз собираются слёзы.

— Хочешь ты этого или нет, спрашивать никто будет. Придется, Вера. Придется, — в голосе Юры звучит металл. Чувствую себя в его грубом захвате слабой безвольной куклой. Понимаю, что предатель прав. У меня нет выхода. Ради здоровья и благополучия своей девочки я на все пойду. Даже на сделку с самим дьяволом.

— А как же твоя любовница? По ночам к ней бегать будешь?! — не удерживаюсь от очередной колкости. Возмущение вместе с отчаянием захлестывают меня с ног до головы.

— А вот это тебя не касается, дорогая. Забудь о любовнице. Жила же как-то до этого, даже ничего не подозревая. Вот и дальше живи.