Развод в 47. Я тебя никогда не любил

Глава 3

Я отшатываюсь. Его слова, они слишком сильны, они подобно кулаку летят мне в солнечное сплетение. Сгибаюсь пополам, невозможно сделать вдох. Путаюсь в одеяле и позорно лечу на пол.

То, что я считала близостью, проявлением наших чувств, для него просто «слить напряжение».

- А с ней иначе? В нее ты не сливаешь, а любишь? – спрашиваю сидя на полу.

- Оль, зачем ты задаешь вопросы, от которых тебе же будет больно? Поднимись с пола. Веди себя достойно. И будешь лучше выглядеть в своих же собственных глазах, - качает головой, разглядывая меня. – Не надо корчить из себя жертву. Кто всегда и во всем выигрывает, так это ты.

- О, так я от твоего предательства в выигрыше? – все же поднимаюсь.

Валяться перед ним я не собираюсь. Но я и не специально, просто упала, слишком сильный удар.

- Конечно, ты получишь деньги, свободу, сможешь реализовать свои желания. И мы по-прежнему будем друзьями, - улыбается очаровательной улыбкой.

- А когда тебе понадобиться в очередной раз слить, ты забежишь ко мне на огонек? – замечаю едко.

- Не исключаю такой возможности.

- Как же твоя новая пассия на это будет смотреть? Или ее все устраивает?

- А ты за нее переживаешь? – поднимается с постели и абсолютно обнаженный надвигается на меня. – Оль, неужели дожив до сорока семи ты так и не поняла, что мужик относится к сексу просто. Это потребность. Женщина отдается душой. А свою нужду, если припрет я могу справить с кем захочу и когда захочу.

- Ты так и справлял в нашем браке? Где и с кем хотел? – смотрю ему в глаза, выдерживаю холодный взгляд.

Неужели он изменял мне все эти годы?

- Нет. Я был слишком примерным мужем. Потому и говорю, что настало время жить для себя. Я устал жить с нелюбимой, - закрывает глаза, будто ему даже смотреть на меня невыносимо.

- А Злату ты любил? – спрашиваю хриплым голосом.

- Ты сейчас сама себя терзаешь. Просто уйди с достоинством. Не устраивай этих разборок, - открывает глаза, а там бездна, холодная и неприступная. Чернота, покрытая острыми глыбами льда, они режут и кромсают меня.

- Любил? Отвечай! - смотрю на изогнутые в презрительной ухмылке губы, но все равно чувственные, четко прорисованные, идеальной формы, не узкие и не пухлые. Первое что меня в нем привлекло когда-то-то – это губы.

Не могу взгляд от них отвести. От губ, которые еще пару минут назад жадно меня целовали.

- Любил. Злату я не просто любил, я ее боготворил. И ты сама это знаешь. Ты меня утешала. Я утешился. Потом ты получила травму, я тебя поддерживал. Не мог же уйти, - сдавливает переносицу двумя пальцами, сводит брови, тяжело вздыхает. – Потом ты залетела. Я не мог тебя бросить. Родилась Ира. Тогда начался ад, все отошло на десятый план, после диагноза врачей, что она не будет ходить. Я все силы бросил, чтобы вытянуть дочь. У меня получилось.

- У нас, - поправляю его тихо.

- Да, у нас, Оль. Ты была с ней днем и ночью, я это помню и ценю. Далее ты снова забеременела. Мы жили как большинство семей. Привычка, обязательства. Я привык к тебе. Смирился. Выполнял свой долг. Но сейчас я устал. Больше так не могу. Хоть в полтинник хочу почувствовать жизнь. Что-то сделать не для тебя, а для себя.

- При этом ты мне ежедневно признавался в любви. Клятвенно уверял, что Злата давно в прошлом. Это ли не подлость, Влад?

- Это ложь во благо. Я говорил, то, что ты хотела услышать. Ты была счастлива. Все для тебя, - снисходительно на меня смотрит, мол я дура не ценю его усилий.

- Убирайся, - эмоций так много, что я могу сказать только это одно слово.

- Оль, уходишь ты. Мой дом мне нравится, я его строил и хочу в нем остаться. А тебе я купил квартирку. Тебе одной с головой хватит.