Развод в 47. Я тебя никогда не любил

Глава 30

Оля

- Это треш, - Таисия качает головой. – Прости, мне так жаль, такое от дочери услышать, - она хватается за голову. – Еще и обворовали! Они что голодают?

- Ты меня прости, что я тебя в это втянула. Еще угрозы тебе пришлось слышать. Я этого не хотела, - мне неловко, что подруга из-за меня наслушалась.

У нее своего горя хватает. И тут я еще со своими разборками.

- Ой, да что его угрозы. Все что могла его мать уже сделала. Теперь я возмездия хочу. Потому уверена, не просто так нас судьба связала. И я уже ворона пуганая, меня таким не проймешь.

- Недооценивать противника нельзя, Тая. Я займусь поисками квартиры. Не хочу подвергать тебя опасности.

- Ой, а они все равно уже знают, что мы в связке. Так что не отстанут, - отмахивается.

Страха действительно не чувствую в ней. Ее так просто не запугать.

- Тогда давай пока все не разрешиться со мной переедешь?

- Посмотрим, возможно, ты права, мне смена обстановки не повредит. Если они будут знать где мы, то паломничество не закончится.

- Угу, - морщусь.

Воспоминания о словах дочери покоя не дают. Больно, что девочкам, которым жизнь посвятила, я теперь как кость в горле. Потому как у них великие планы с папой, а меня за ненадобностью можно выкинуть. Что ж насильно мил не будешь.

Они выросли пусть живут, как считают нужным. А мне раскисать нельзя. Снова заталкиваю боль как можно глубже.

- А Давид, ты что-то о нем знаешь?

- Практически ничего. Я видела его малым. Потом он уехал. Ну и вот вернулся уже взрослым, - пожимает плечами. – Такой приходит, я тетя к тебе поздороваться, ты против моей семьи прешь, воду мутишь, так прекрати. Если своя жизнь не сложилась, так нечего ее портить другим. Иначе разговор у нас будет иным, - морщится. – Говорил типа вежливо, такой интеллигент, и этот акцент его. У него жена волнуется, в семье непростые времена, а я его тещу настраиваю против семьи. Стыдил меня.

- А про украшения он не знал, - протягиваю задумчиво. – Что-то мне кажется, его как-то используют. По большей части вслепую. С этим вопросом надо разобраться. Информация, в нашем случае – это оружие.

Мы еще долго обсуждаем с Таисией ситуацию. Ложимся поздно. А будит меня звонок от Иры.

- Мам, мы тебе твои безделушки привезли, сейчас придем, - обиженным голосом выдает, без приветствия.

- Нет. В дом я вас не пущу. Сейчас на улицу выйду, - сбрасываю вызов.

Быстро умываюсь, одеваюсь и выбегаю.

Они стоят под подъездом. На машине Эрики приехали. Ира сама не водит.

- Подавись, - старшая дочь швыряет в меня увесистым льняным мешочком.

Я его не ловлю. Он падает к моим ногам.

- Другие матери детям все стараются отдать, а ты побрякушек пожалела, скряга! – кривит губы Ира.

- Да, мам, ведешь себя очень недостойно, - Эрика задирает голову вверх. Смотрит свысока. – Теперь нам даже в дом вход запрещен. Дожились!

- Значит, такая я у вас недостойная мать, которая не хочет видеть предателей на пороге, - объяснять им что-то бесполезно.

- Тут не все. То, что у Азалии тебе папа отдаст, - младшая дочь качает головой. – Он хочет с тобой поговорить.

- Пусть передаст через моего адвоката. Я с ним общаться не имею желания.

- Смотри, как бы твоя гордость и сомнительные подруги не довели тебя. Потом придешь мириться, про дочерей вспомнишь, - фыркает Ира.

- Жизнь расставит все по местам, - поднимаю мешок и разворачиваюсь к подъезду.

- Мам, мы реально не думали, что ты такая скряга. Противно.

- Знаете, - оборачиваюсь, - Это чувство взаимно. Противно.

Они ахают мне в спину, что-то говорят, я не слушаю намеренно. Хватит с меня общения с ними.

Дома раскрываю мешочек, и на вскидку, тут реально две трети. Девки поделили все поровну. Какая низость.

И мне ведь ничего для них жалко не было. Но хорошее забылось. Теперь есть папа и выгода. Пусть так.

Мне сейчас о себе надо думать. Я иду дальше.

У меня на сегодня запланирована продажа квартиры ближе к вечеру, а перед этим хочу еще посмотреть несколько помещений. Этим и займусь. Прочь тягостные мысли.

Первое помещение мне понравилось. Очень просторное, удобное, несколько залов и расположено в хорошем районе. Я уже мысленно даже представляю, как тут все обустрою. Да и цена приемлемая.

Решаю еще посмотреть запланированные варианты, но скорее всего на этом и остановлюсь.

Настроение заметно улучшается. Хочется немного пройтись, район более детально изучить. Да и погода солнечная.

За поворотом у ресторана останавливается черный внедорожник. Из него выходит подтянутый мужчина. Отчего-то оборачивается, будто затылком ощущает меня. Мы встречаемся с ним взглядами.

Я так и стою. Не ожидала его увидеть.

Он же идет ко мне, уверенной походкой.

- Оля, вот так встреча. Как там говорят, город большая деревня, - одаривает меня белоснежной улыбкой.

- Да, Коля, неожиданно, - улыбаюсь в ответ.

Муж Златы в хорошей форме, высокий, подтянутый, широкоплечий, явно выглядит моложе своих лет. И нет у меня к нему негатива, какой я испытываю к его жене. Со мной он всегда был, максимально вежлив и обходителен.

Хотя сейчас напрягаюсь, ситуация изменилась. Мало ли что от него ожидать. Он все же муж Златы, отец Азалии и Давида.

- Я слышал, тебя можно поздравить, - он ощущает перемену моего настроения, как я внутренне собралась, он же наоборот ведет себя непринужденно.

- Ты считаешь развод – это повод для праздника? – выгибаю бровь.

- В твоем случае да, я бы даже сказал, ты должна судьбу благодарить, что тебя так просто отпустили, - по его лицу тень пробегает.

- Благодарить? Что выкинули как собаку. Предали двадцать семь лет брака. Или я чего-то не знаю, Коля? – прищуриваюсь.

- И не надо тебе знать. Радуйся, что все эти годы ты этого не касалась, и можно сказать, отделалась малой кровью. А деньги, имущество, такая фигня, - машет рукой. – Все наживное. А вот свобода, она бесценна! – в темно-зеленых глазах загорается огонь и тут же гаснет, его заменяет черная тоска. – Я бы с удовольствием на твоем месте оказался.