Развод в 50. (не) останусь одна на новогодние!

Глава 4

Я вообще не понимала, как мне удаётся сидеть прямо, и ничем не выдать того, что внутри меня всё трещит, ломается, рассыпается по швам.

Я смотрела в его сияющие глаза, которые когда-то сияли при виде меня. Когда-то очень давно… Видела, как бережно он произносит каждую фразу о другой женщине, как будто держит в ладонях что-то хрупкое и бесконечно дорогое.

— Старый дурак, — презрительно бросила я. Потому что ну что ещё можно сказать человеку, который сообщает тебе о своём счастье, в котором для тебя не нашлось места?

Он вскинул брови, но, кажется, его это даже не обидело. Наоборот, он улыбнулся по-мальчишески.

— Ну почему же старый? — произнёс он, поправляя рубашку и как-то даже расправляясь плечами. — Я ещё молод. И очень даже ничего…

Будто он наконец стал тем, кем давно хотел себя видеть — живым, лёгким, влюблённым… Таким, каким он никогда не мог быть со мной.

И я наконец поняла, что больше не могу просто сидеть и слушать, как он рассказывает мне о своей новой, прекрасной жизни. Бессовестный…

— А мне ты… Мне-то ты это зачем всё рассказываешь? — выдавила я из-за себя.

— Потому что я не могу тебе врать, Лара. Ты мой самый важный, самый близкий на свете человек, — он чуть наклонился вперёд, словно собирался меня приобнять и утешить. — Кому как не тебе можно выложить всё, как на духу? Ты же... Ты мне как родственник!

Слово «родственник» хлестнуло по щекам. Как пощёчина, от которой остался след, горячий и унизительный.

Родственник. Не женщина. Не любимая. Человек, с которым делят холодильник, счета и воспоминания — но не сердце.

Мне понадобилось нечеловеческое усилие, чтобы удержать лицо спокойным. Я даже кивнула — машинально, по старой семейной привычке сглаживать углы, чтобы «не усугублять». А внутри всё умирало.

— Родственник… — повторила я, глядя на свои руки, чтобы не смотреть на него.

Он, конечно, не понял, что сказал что-то не так. С его стороны это вроде как был комплимент. Он улыбнулся даже — благодарно, по-доброму, как будто я поддержала его, одобрила весь этот спектакль с его второй молодостью.

И в этот момент мне стало по-настоящему ясно: он уже давно не здесь, не со мной. Он давно принадлежит совсем другой жизни, в которой я — не женщина, а родственник, с которым пришли поделиться радостью.

Конец нашего брака оказался не громким и драматичным, а до обидного будничным.

И, наверное, от этого было больнее всего.

Я выдержала паузу и произнесла ровно:

— Раз так… — я кивнула в сторону двери, за которой исчезла его муза. — Тогда тебе действительно пора собирать вещи.

— Ларочка… но ты…

— Я всё поняла, хватит, — отрезала я. — Я не собираюсь тут сидеть и выслушивать твои сопли. Хватит с меня твоей… подростковой романтики. Просто собирай вещи и уходи. Не забудь только взять тонометр, таблетки от давления и лосьон для головы, чтобы окончательно не облысеть. Надо втирать каждый день, помнишь?

— Лариса…

— Ковалёв, — я устало улыбнулась. — Ты взрослый мужчина. Ты же смог организовать весь этот цирк? Вот и организуй себе выход.

Он замолчал. Я же поднялась осторожно, держась за стол — рука снова кольнула болью — и сказала:

— У тебя ровно час. Я дам тебе большие пакеты для мусора — туда сложишь всё, что тебе нужно.

— Дорогая, ты же болеешь, — Андрей с тревогой посмотрел на замотанное бинтами плечо. — Тебе нужна помощь. Как ты будешь без меня? Давай я пока останусь, чтобы за тобой ухаживать…

— Ещё одно слово, Ковалёв, и тебе самому понадобится помощь, — процедила я сквозь зубы. — Клянусь! Я и так сдерживаю себя из последних сил. Еще слово — и ты сам поедешь в травматологию, я лично тебе это организую!

И пошаркала в сторону спальни, чтобы начать собирать его вещи. Он что, думает, что я беспомощная? Не на ту напал!

Андрей бесконечно долго собирал свои пожитки. Целых два дня! Он никогда не отличался расторопностью, а с возрастом вообще стал ужасно медлительным. Он делал это молча, пряча виноватые глаза.

Я же не могла спокойно за этим наблюдать и активно участвовала в сборах. Всё что осталось у нас после тридцати лет совместной жизни безжалостно перекочевывало в пакеты и чемоданы. Без сожалений. Без ненависти. Просто с холодным пониманием: всё, что мы строили, уже давно рухнуло.

Потом была моя первая одинокая ночь, за время которой я ни разу не сомкнула глаз. Я сидела на кухне, смотрела в окно, за которым падал снег, и думала, что, наверное, должна выплакать всё, что комом встало в горле, но заплакать мне так и не удалось.

На следующий день я подала на развод.

Дорогие читательницы!

Хочу пригласить вас в мой цикл историй

о сильных женщинах на пути от развода к счастью:

"Развод на удачу"!

https://litnet.com/ru/zlata-zorich-u12208106/novels?sort=cycles&scroll-to=%D0%A0%D0%B0%D0%B7%D0%B2%D0%BE%D0%B4+%D0%BD%D0%B0+%D1%83%D0%B4%D0%B0%D1%87%D1%83+%28+%D1%87%D0%B8%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C+%D0%BA%D0%B0%D0%BA+%D0%BE%D1%82%D0%B4%D0%B5%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D1%8B%D0%B5+%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D0%B8%29

💍 9 книг — читаются как отдельные истории о сильных женщинах, которые находят свое счастье после предательства. Если вам по душе мой стиль, вы оцените и другие книги цикла!

Все книги можно читать как отдельные романы.

🔥 Горячие новинки в процессе: