Развод в 50. Старая жена и наглый бывший

ГЛАВА 31

По лицу Егора скользнула тень, потом губы скривились в презрительную ухмылку, которая скрывала за собой раздражение.

— Это у тебя тут могли быть голодные игры, а у меня дома все по струнке ходят, если ты забыла. Ну ничего, я могу напомнить, не гордый, знаешь ли.

Развернувшись, он резко сел в машину и хлопнул дверью.

Я покачала головой.

Ещё чего не хватало.

Напоминатель чёртов!

Съездив на работу, я ощутила, как меня все сильнее и сильнее накручивало.

Я понимала, что надо расслабиться и позволить событиям происходить в таком порядке, в котором это им необходимо, но по факту мне было обидно и больно. Я ещё несколько раз пыталась звонить Любе для того, чтобы поговорить, и, может быть, она бы передумала, но дочь не отвечала на звонки.

Вернувшись после обеда домой, я почему-то со злости, психа вытащила коробки с подвала и стала складывать в них вещи.

Свои вещи.

Какое-то пограничное решение, что мы не будем здесь жить, засело в голове и я понимала, что не даю Любе никакого времени, но хотелось быть готовой ко всему, даже к тому, чтобы уехать.

В четыре часа написал Вадим, что он приедет вечером, и действительно, после шести сын приехал, осмотрел погром, который я устроила в доме из коробок и недособранных вещей, присвистнул и сел на диван, между двух стопок вещей.

— Я так понимаю, вопрос переезда стоит остро.

Я кивнула.

Что я могла ещё сказать?

— Да, остро стоит, если Люба уезжает жить к отцу, — произнесла я сдавленно, — то мне тем более одной не нужен этот дом. Для чего? Ходить и спотыкаться на углах из- за того, что меня преследует постоянно память.

— Мам, мам, я тебя не осуждаю, — поднял руки вверх Вадим, вздохнув, встал с дивана и обнял меня, — все хорошо. Мам, я понимаю. Я знаю, что это тяжело и неприятно, но, пожалуйста, не мучайся совестью. Никто не осуждает. Если ты решила уезжать, значит, так оно и надо. Не будет такого, что я начну тебя отговаривать. Я не Люба. Для меня вообще очень глупо звучит эта мысль, что дом это семейное гнездо, мы что, рюриковичи, чтоб гнезда вить?

Вадим фыркнул и поцеловал меня в висок.

— Давай я лучше тебе помогу.

И Вадим помогал. После второй коробки, погруженной в его машину, он признался:

— Я в своём жк сниму пока кладовку и буду кусками увозить вещи, а потом уже, когда ты определишься с жильём, смогу все обратно привезти.

Это было решение здравое, наверное, но я понимала, что сейчас тупо рубила с плеча, и все это на эмоциях, потому что Люба до сих пор не отвечала.

— Слушай, а ты виделся с дядей Архипом?— Спросила я у Вадима, когда он сделал горячие бутерброды и разлил по кружкам чай.

— Нет, а зачем?

— Ну, я не знаю. Вот он, например, очень хочет повидаться с Андреем.

— Так-то с Андреем, мам, — вздохнул Вадим. — Понимаешь, Андрей, у нас первенец, на Андрее вся ответственность лежит, поэтому с ним и хочет пообщаться. Ну а я так, что-то между, средний ребёнок, который непонятно чего делает, примерно такое восприятие у дяди Архипа. И ты же знаешь, что мне, что с ним, что с отцом достаточно проблематично общаться. Они ж такие…

Вадим нахмурился и поджал губы.

— Своеобразные мужики, вот вроде пока не касаешься никаких важных тем, с ними круто, а как только у них открывается рот по поводу детей, бизнеса, все пиши пропало, я уже который раз замечаю, что чем дальше в лес, тем толще партизаны у них становятся.

Вадим закатил глаза, намекая на то, что он обо всем об этом думает, и я улыбнулась.

— Да ты знаешь, просто как-то странно, Архипп стоит, говорит, что у отца ребёнок не родной, потом пытается поговорить о чем-то с Андреем. О каких-то грешках.

Вадим нахмурился и махнул рукой.

— Слушай дальше этого комедианта. Я вообще не удивлюсь, что в конце окажется, что под грехами он имел ввиду какие-нибудь сделки, проведённые черт, пойми через какое место. Ты же знаешь, что у дяди Архипа бзик на бизнесе. Так что вообще ничего удивительного. А Андрюха, он не тот человек, который будет сидеть и ждать отмашки от отца, либо от партнёров. Если он решил, он берет и делает. Собственно, он и ответственность за это, конечно, сам всегда несёт. Но мне кажется, старую гвардию это очень и очень напрягает.

Вадим ухмыльнулся, и буквально через час я отправила его домой, и вот тогда-то накатило осознание, что я действительно не смогу в этом доме, если Люба переедет к Егору, потому что на меня давило все. Мне казалось, что я медленно сходила с ума от того, что не слышала ни шагов, ни разговоров, ничего…

Вот эта звенящая тишина погружала меня в состояние того, что я ощущала себя внутри большого пустого склепа.

Плохое предчувствие.

Я тяжело вздохнула и попыталась успокоиться, но спокойствие мне только снилось, потому что телефон моргнул входящим сообщением, и я, развернув иконку с именем бывшего мужа прикусила губу.

Фотка.

Люба стоит возле стола, склонив голову к плечу, а его Лялечка сидит на противоположной стороне, прижав ладони к подбородку.

А внизу подпись.

«Вот такие вам голодные игры, сударыня. Девочки прекрасно нашли общий язык, твоя ставка проиграла».

***

Милые, у меня сегодня скидка на историю измены, где жена никогда не уйдет от изменника, потому что он ж мужик! И вообще куда она в разводе пойдет? В деревню вернется, коровам хвосты крутить? Да и измены это страсть и огонь, а жена это щи, борщи, пироги и дети.

Вот так думал предатель до тех пор, пока жена не услышала его откровения лучшему другу.

Читать здесь https://litnet.com/shrt/go-j