Развод в 50. Я отдала тебе лучшие годы

Глава 21.

— Всегда знал, что с чувством юмора у тебя не очень, — первым нарушает тишину Морозов. — Но ничего, я ведь всё равно тебя люблю, милая.

Он слащаво лыбится и тянется, чтобы меня поцеловать и тем самым убрать все возникшие подозрения. Видя, что друзья никак не выражают свою позицию и не понимают, как себя вести, я теряюсь на секунду, и Виктору почти удаётся дотянуться губами до моей щеки.

Однако в последний момент я успеваю отпрянуть:

— Не прикасайся ко мне, — чеканю каждый слог.

— О, у тебя опять плохое настроение… — Морозов закатывает глаза.

— У меня нормальное настроение для женщины, чей муж спит с другой.

— Мама! — выпаливает Алина. — Прекрати немедленно!

Дочь дёргает меня за руку, но я уже всё решила для себя — сейчас или никогда.

— Я не собираюсь прекращать, потому что имею право говорить, — осекаю её.

Та глядит на меня как на предательницу, но я верю, что однажды она поймёт. Может, не сегодня и не завтра, но когда-нибудь моя девочка наберётся мудрости, чтобы осознать, как важно быть услышанной, а не прятаться «в шкаф», и потом всю жизнь лечить незажившие раны.

— Напилась — веди себя прилично, — с насмешкой цедит Виктор и обращается к остальным. — Простите меня за мою жену. Просто испанский стыд…

— Тебе есть за что извиняться! — выкрикиваю я, перебивая его.

— Пьяная женщина — хуже обезьяны с гранатой… — он резко встаёт из-за стола. — Так, для тебя праздник окончен. Едем домой.

— Да как ты смеешь?! — шиплю в ответ, пока Морозов прямо при всех пытается меня выдернуть с моего места.

— Витя! — неожиданно вступается Макс. — Что, блин происходит? Света даже не пила.

— Да уж вижу, как она не пила, — издевательски швыряет этот урод, которого я называла мужем. — Уже второй коктейль хлещет!

— Там нет алкоголя.

— Оно и видно! Милая, давай, не устраивай тут концерт!

— А ну, отпусти меня! — вырываюсь изо всех сил, мне уже действительно стыдно за происходящее, хотя мне и нечего стыдиться.

Но вместе с тем понимаю, как, должно быть, всё это выглядит со стороны — я точно не в самом выгодном положении.

— Виктор! — звучит властный голос Ольги. — Немедленно отпусти Свету, — её брови сдвигаются к переносице.

Не сомневаюсь, что Морозов не осмелиться спорить с ней. Даже Эрнст побаивается собственную жену. Так и происходит — Виктор ослабляет хватку, и я тотчас отшатываюсь в сторону от него.

— Я тоже не видела, чтобы Света пила, — робко произносит Настя.

Видно, что она напугана — глядит на мужа вопросительно. А в это же время стою меж двух огней: слева — Морозов, кипящий ненавистью, но всё ещё старающийся держать маску, справа — Алина, которая даже не смотрит на меня, настолько ей противно.

— Дамы и господа, давайте все просто немного успокоимся, — пытается разрядить обстановку Эрнст и подходит ко мне, протягивает руку: — Светочка, если хочешь можешь пока пересесть на нашу половину стола.

— Я уже на другой половине стола, — выдыхаю я рвано. — Метафорически выражаясь…

— Что-то у нас сегодня слишком много метафор… — роняет Настя, неуверенно посмеиваясь.

— Ты права, — говорю я, — пора уже выражаться в лоб.

— Неужели ты ещё не поняла, что тебе лучше помолчать? — снова предупреждает Виктор.

Но, если для всех остальных это звучит как предупреждение, то я знаю наверняка — это угроза. И она нисколько не метафорическая. Если озвучу то, что намереваюсь сказать, расплата неизбежна.