Развод в 50. Я уеду жить в Сочи

Глава 33

- Вот такие дела, дочь, - закончила я свой рассказ. – Так что даже не знаю, что теперь делать.

Мы с Маришкой сидели в модной сетевой кофейне с неприлично высоким ценником. Маришка очень любила эту сеть и, по её заявлению, неимоверно скучала по ней в Европе. С моей точки зрения, скучать тут было не по чему, но если ребёнок хочет, мне не жалко. Мы полдня провели в Лапино, выяснили, что дочь действительно беременна, и на данном этапе всё хорошо. Оплатили ведение беременности, выбрали доктора, в общем, сделали всё, что необходимо сейчас. И пошли отметить это событие в кофейню. Домой нам обеим не хотелось, погода была отличная, и вот теперь мы пили ромашковый чай, дочь уплетала второе пирожное, и болтали.

На вопрос Маришки, что я делала в Сочи, и что вообще происходит в нашей семье, я решила отвечать честно. Во-первых, она достаточно взрослая. Во-вторых, мы всегда были подругами. В-третьих, на фоне её собственных приключений мои казались образцом целомудрия. Ну а в-четвёртых, мне жизненно необходимо было с кем-нибудь поделиться. Ну не с подругами же, которые начнут всё это обсуждать с другими своими подругами, и в итоге будет знать весь наш посёлок как минимум.

- Так что я понимаю, вы с Андреем хотели бы, чтобы мы с папой сохранили семью. Но пойми, он первый мне изменил. А теперь делает вид, что ничего не произошло. И я тоже могу сделать вид. Но я не знаю… Этот Игорь… Он приятный, он обходительный. Но не сходится, понимаешь? Изначально мне показалось, что он просто обычный сочинский барыга, зарабатывающий на отдыхающих с небольшими запросами. А потом стали открываться все эти неожиданные факты.

Маришка заинтересованно кивала. К счастью, она не стала осуждать мать за любовное приключение. И со свойственным этому поколению чувством справедливости рассудила, что «папа первый начал, и ты вполне имела право на ответный ход».

- Но ты его любишь? – допытывалась дочь. – Игоря этого?

- Мариш, ну что значит «любишь», - вздохнула я. – В нашем возрасте уже мыслишь другими категориями. Понимаешь, с ним надо начинать всё с начала. Новый человек, новый характер. Надо подстраиваться. А с твоим папой уже никаких сюрпризов.

- Ну да, - хмыкнула Маришка. – Никаких сюрпризов, кроме Кристины…

Я вздрогнула. Но дочь была права. Кто гарантирует мне, что история не повторится? Или что Сергей к ней не вернётся? Узнать бы, что у них произошло.

- А у Игоря слишком много тайн, - заметила я.

- А есть его фотка, мам?

Я пожала плечами.

- Мы не фотографировались.

- Ну подожди, в телефоне же он у тебя записан? Ну вот, если есть аккаунт в Ватсапп, то наверняка там есть и фотка. Дай мне твой телефон.

Дочь быстро заклацала по экрану.

- Ну вот. Целых три штуки в профиле есть. Угу… Часики «Патек Филипп», между прочим. Прошлогодняя коллекция. Миллиона три стоят. Могу узнать точнее. Ну остальное дешёвое, рубашка тысяч сто, джинсы сто пятьдесят.

Я подавилась ромашковым чаем. У моей дочери своеобразное представление о «дешёвых» вещах. Но я прекрасно понимала, что она имеет в виду. Я как-то даже не обратила внимания на его часы, в мужских часах я не очень-то разбираюсь, Сергей всегда покупал себе часы сам, а я часы не ношу, мне достаточно телефона.

- И портмоне дорогущее, - заключила дочь. – Из крокодиловой кожи. Если не паль, конечно. Так, я скину себе его контакт, ладно? Дома пробью по сеточке. Может чего интересного выясню.

- Делать тебе нечего, - пробормотала я. – Ну выяснится, что он владелец заводов и пароходов, что это меняет? У нас свой вон есть, с заводом.

- Да дело не в заводе. Вдруг он какой-нибудь криминальный авторитет.

- И об этом тебе прямо в Интернете напишут?

- Посмотрим.

Я пожала плечами.

- Эту папину Кристину я тоже уже пробила, - как бы невзначай сообщила Маришка. – Тоже любопытный персонаж.

- Господи, обычная секретутка. Что там может быть любопытного?

- Ну она-то секретутка, - хмыкнула Маришка. – А вот папа её работает в администрации президента.

Я снова чуть не подавилась ромашковым чаем и на всякий случай отставила чашку подальше от себя.

- Ты серьёзно? Да не может быть. Родители, занимающие такие посты, своих детей пристраивают получше.

- Так она внебрачная.

Я закатила глаза. «Санта-Барбара» какая-то.

- Об этом тоже в Интернете написали?

- Ага, - кивнула Маришка. – На таких персон, как её папочка, в тайных уголках Сети много интересного можно нарыть. Ему, кстати, лет дофига, уже под семьдесят. В администрации президента уже пятнадцать лет работает. А вообще на госслужбе всю жизнь.

- Ну и что нам с того? – вздохнула я. – Мне что, через Госуслуги жалобу на него накатать? О ненадлежащем воспитании дочери?

Маришка хихикнула.

- Да нет. Это я так, для сведения. Папе надо эту информацию подсунуть. Чтобы не вздумал её уволить ненароком. А то начнутся у него проверки пожарной безопасности.

Теперь уже хихикнула я. Представила, как к Сергею на работу являются пожарники, санэпидслужба и прочая кавалерия. В тот момент я ещё не понимала, что Маришка смотрит в воду. Только дело приняло слегка иной оборот.