Развод в 50. Я уеду жить в Сочи

Глава 39

Даже не знаю, как описывать всё то, что произошло дальше. Потому что события менялись с такой скоростью, а моя жизнь делала такие крутые повороты, что я просто не успевала осмыслить всё происходящее.

Я поступила ровно так, как посоветовал мне Сергей: взяла себя в руки, разобрала чемоданы, сложив все вещи на прежние места, и даже цветы в воду поставила. А на следующий день действительно отправилась за новым платьем и к парикмахеру, убивая этим сразу двух зайцев: готовясь к премии в Кремле и отвлекая себя от невесёлых мыслей. А мысли и правда были невесёлыми. Сергей нашёл именно тот рычаг, на который надо было надавить. Я ещё могла набраться храбрости, чтобы уйти от него. Но я не могла сделать ничего, что навредило бы нашим детям. И Андрею, и, конечно, Маришке. Так что дети даже не узнали о нашем разговоре. В тот вечер Андрей всё-таки приехал, как я его и просила. Но он заранее не знал суть моей просьбы, по телефону я просила его только приехать. И когда он появился у нас дома, я придумала какой-то идиотский предлог, мол, нужно помочь в саду, переставить мою любимую клумбу на другое место. Садовнику в одиночку это не под силу, а Сергей с Андреем вдвоём быстренько её передислоцировали. Сергей, конечно, всё понял, но с удовольствием мне подыграл. Ну а Маришка осталась в святом неведении по поводу всего, что произошло до её возвращения в тот вечер.

А я… А я продолжала играть свою привычную, в общем-то, роль примерной жены и матери. Обида на Сергея, конечно, никуда не ушла. К счастью, он перестал изображать трогательную заботу и повышенное внимание. Наши отношения фактически стали соседскими: мы встречались за столом, обсуждали детей и, иногда, его работу, и расходились по разным концам дома. Площадь коттеджа вполне позволяла нам существовать, не мешая друг другу. Спальня у нас по-прежнему была общей, но супружеская кровать была настолько широкой, что опять же, мы могли друг другу не мешать.

Всё произошло в день вручения «Народной марки». В Кремль мы приехали, конечно, вместе. Долго и нудно проходили досмотр, пришлось пешком пройти почти весь Александровский сад, потом подняться по лестнице к КПП, постояв в очереди на досмотр. Потом ещё неизвестно сколько протопать уже до здания концертного зала. И там ещё огромные расстояния и опять лестницы. А я, между прочим, на каблуках.

Я держалась за локоть Сергея, скорее чтобы не упасть, чем демонстрируя привязанность. Но дополнительная точка опоры лишней и правда не была. К тому же меня не покидала мысль, что если мы попадёмся на глаза Виктору Ивановичу, который тут несомненно будет присутствовать, то произведём именно то впечатление, которое должны. Сергей, мне кажется, думал о том же.

На третьем этаже Кремлёвского дворца были накрыты фуршетные столы. Народ прохаживался с бокалами шампанского и тарталетками с икрой. Мы с Сергеем тоже обзавелись бокалами и заняли два удобных кресла возле панорамного окна, из которого открывался вид на Кремль.

- Так тебе вручат премию сегодня или нет? – уточнила я, потягивая шампанское.

- Не знаю, - пожал муж плечами. – Я в числе номинантов. Но получим ли мы статуэтку, это вопрос.

- А если получите, мне надо с тобой выходить на сцену, или сам справишься?

- Полагаю, тебе нужно выражать дикий восторг из зала. Камеры наверняка будут направлены на тебя. К тому же я в ответной речи выскажу благодарность тебе за поддержку и всё такое.

«И всё такое», да. Меня передёрнуло от мысли, что Сергей будет благодарить меня со сцены за верность семейному очагу, который сам же и растоптал. Впрочем, и я теперь не без греха. Хороша парочка. Но понятно, для чего нам нужно всё это шоу.

- А денег-то хоть дадут?

- Нет, - усмехнулся Сергей. – Только статуэтку. Так что сходи ещё за тарталетками с икрой, должна же быть эта поездка оправдана.

Я пошла за тарталетками, а когда вернулась, обнаружила, что Сергей не один. В моём кресле сидел Виктор Иванович. Впрочем, при моём появлении оба мужчины вскочили.

- Марина Николаевна! Какой приятный сюрприз, - расплылся Темников. – Как я рад вас видеть!

Я бы не сказала то же самое, но пришлось улыбнуться.

- Как ваши дела?

- Лучше всех, - фыркнула я. – Правда, немного побаливает голова. Не люблю, знаете ли, подобные сборища. Я бы с удовольствием провела вечер дома вдвоём с любимым мужем.

Играть фарс так играть до конца.

- Ну, я уверен, вы не будете разочарованы этим вечером! Подготовлен чудесный концерт, к тому же, если ваш муж получит статуэтку, это выведет его бизнес на совершенно новый уровень.

Бред. Полчаса назад Сергей мне рассказывал, что эта премия ничего не даёт, кроме некоей медийности, которая может помочь получить ещё пару небольших контрактов. На том уровне, на котором сейчас бизнес Сергея, это уже не имеет заметного влияния.

- Ну не буду вам мешать, - улыбнулся Виктор Иванович. – Наслаждайтесь вечером. Вы такая чудесная пара.

Не то слово…

Вскоре дали третий звонок, мы прошли в зал. Наши места были в первом ряду, как и у всех номинантов. А дальше начался пафосный концерт с пафосными певцами, между номерами которых не менее пафосно объявляли номинантов и раздавали статуэтки. Когда дошла очередь до «инновационных технологий в области тяжёлой промышленности», Сергей подобрался в кресле. Известный шоумен вышел к микрофону с конвертом.

- В этой номинации приз вручается…

И дальше прозвучала фамилия моего мужа. Сергей тут же сорвался с кресла и поспешил на сцену. Я наблюдала за ним с некоторым недоумением. Он всю дорогу выражал полное безразличие к этому мероприятию и премии, а сейчас буквально светился от счастья. Не знала, что он тщеславен.

Благодарственную речь он произносил долго. Вспомнил и своих учителей по институту, и товарищей, и партнёров. А вот про жену не вспомнил. И хотя с одной стороны я была рада, мне совершенно не хотелось сегодня фальшивых комплиментов и лишнего внимания, всё равно было обидно. То есть стоило оказаться у него в руках заветной статуэтке, и мы забыли про «хранительницу семейного очага и верную спутницу по жизни». Что ж, понятно. Испытание медными трубами самое сложное.