Развод в 50. Я уеду жить в Сочи

Глава 46

Переселение в Солнечный произошло как-то само собой. Признаться, затевая ремонт в «Цветущем олеандре», я даже не подозревала, что он достигнет таких масштабов. Я думала, ну отдерём эти ужасные обои в цветочек, покрасим стены, поменяем ковролины и текстиль в номерах. Но сделать косметический ремонт в ванных комнатах оказалось невозможно, там замены требовало всё, начиная с плитки на стенах и заканчивая сантехникой, а это значит шум, грязь, постоянно бегающие туда-сюда строители. И хотя те номера и апартаменты, в которых располагались члены семьи, мы пока не трогали, жить в гостинице стало проблематично. И мы все естественным образом перебрались в Солнечный.

Тут тоже пришлось немало потрудиться, обживая дом. Постоянно обнаруживалось, что чего-то не хватает: кухонных полотенец, прихваток для горячей посуды, моющего средства, туалетной бумаги, и так далее, и тому подобное. Очень чувствовалось, что в доме никто никогда не жил. И, приезжая из гостиницы, где мы контролировали ремонт, я начинала возиться по дому, а то и снова брала Мишу, и мы ехали в какой-нибудь гипермаркет или магазин товаров для дома.

Но мне всё это невероятно нравилось. Нравилось расставлять вазочки и раскладывать салфеточки, нравилось ездить по магазинам и выбирать что угодно, от унитаза до тарелок, нравилось даже ругаться со строителями. И откуда-то вдруг взялись на всё силы.

Игорь смеялся, говорил, что у меня роман со стройкой, а не с ним. Что он медовый месяц представлял несколько иначе. На что я парировала, что перед медовым месяцем предполагается свадьба, а о какой свадьбе может идти речь, если у нас столько дел? И гостиница должна быть готова к новому сезону, то есть времени у нас в обрез. Он снова смеялся, и говорил, что даже не подозревал у меня коммерческую жилку. Честно говоря, и я у себя её не подозревала. А тем временем я всё чаще ловила себя на мысли, что мне нравится заниматься гостиницей, что я уже представляю себе, как буду её позиционировать, когда всё будет готово. Я даже планировала будущую рекламную кампанию по вечерам! Да, я же ещё и на курсы записалась по маркетингу и рекламе, и кое-какие книжки на эту тему почитывала. И про гостиничный бизнес стала смотреть ролики на Ютубе, нашла пару интересных каналов.

Маришка, кстати, тоже пошла со мной на курсы, собственно, она их и нашла в Интернете. Дочь вообще стала моим главным компаньоном во всех новых начинаниях. Беременность она переносила легко, мне кажется, она её толком даже не замечала, только есть стала в два раза больше. Но, возможно, потому, что в Сочи всё, начиная с овощей и фруктов, и заканчивая мясом, гораздо вкуснее, чем в Москве.

Что меня по-настоящему беспокоило, так это то, что она осталась без качественного медицинского сопровождения. Наш абонемент в Лапино был фактически утрачен – ездить в Москву на осмотры она не собиралась. Я ей несколько раз напоминала, что лично она с отцом не ссорилась, и может спокойно вернуться домой. Но Маришка и слышать об этом не хотела.

- Видеть папу не могу, - призналась она. – После того, что он сделал. И вообще я его боюсь.

- Ты можешь остаться у Андрея.

- Мам, ты мечтаешь от меня избавиться, что ли? – возмутилась дочь. – Так и скажи, что я вам с Игорем всю романтику порчу.

- Да что ты можешь испортить, - засмеялась я.

И тему мы закрыли. В итоге Игорь нашёл платный медицинский центр в Сочи, по его словам, хороший. Хотя я сомневаюсь, что Игорю приходилось рожать в Сочи. Но я поверила ему на слово, и мы записались туда. Маришка сказала, что «сойдёт для сельской местности». Игорь поправил, что местность у нас горная. И я немного успокоилась.

Сергей… Сергей, разумеется, пытался со мной поговорить. Звонил, но я сначала не брала трубку, а потом просто заблокировала его номер. Тогда он стал дозваниваться до Маришки, но она поступила ровно так же. Потом он решил действовать через Андрея.

- Мам, папа звонил, - сообщил мне сын во время нашего с ним очередного вечернего созвона. – Просил передать тебе, что хочет с тобой поговорить.

- О чём нам с ним говорить? – пожала плечами я. – По-моему, всё предельно ясно, и невыясненных моментов между нами не осталось.

- А ещё он просил передать, что у него уже начались проблемы на работе. И они из-за тебя. Сказал, что ты должна об этом знать.

Я чуть не расхохоталась в голос. Потому что я была абсолютно уверена, что если проблемы у него и есть, то только из-за него самого. И Виктор Иванович тут совершенно не при чём. Но Сергею об этом лучше не знать. Пусть думает, что завтра всесильный Темников устроит ему персональный ад. И пусть боится.

- Что ему передать, когда позвонит снова? – озабоченно спросил сын.

- Что я подаю на развод, - засмеялась я. – И уточни, что это не шутка.

- Ты приедешь? – встрепенулся сын. – Надо встречать?

- Нет, сынок. К счастью, уже изобрели «Госуслуги», - хмыкнула я. – Подам заявление дистанционно. Несовершеннолетних детей у нас, к счастью, нет. Имущественные споры, я полагаю, будут, но с ними разберёмся по ходу дела. Для начала посмотрим, как отреагирует ваш папа. В общем, будет звонить, скажи, чтоб ждал сообщения в личном кабинете в «Госуслугах». И пароль пусть заодно от них найдёт.

Игорь в этот момент лежал в постели рядом со мной, делал вид, что читает что-то в своём телефоне, но я отчётливо видела в отражении зеркального шкафа, как он улыбается. Полагаю, не победе над соперником, а моей шутке про «Госуслуги». Хотя, как знать, как знать…