Развод. В клетке со зверем

Глава 4. Осколки тишины

- Илья прекрасно выглядит в этом костюме, - заметила Валерия, жена делового партнера Романа, наклоняясь ко мне через стол. - Роман так гордится им.

Я кивнула с натянутой улыбкой, наблюдая, как мой сын аккуратно ест десерт, стараясь не запачкать новый костюм. Мы были на семейном ужине в честь дня рождения Олега Сергеевича, многолетнего партнера Романа по бизнесу. Роман, как обычно, блистал - рассказывал анекдоты, обсуждал грядущие сделки, очаровывал всех вокруг.

- Удивительно, - продолжала Валерия, - как он находит время на бизнес и семью. Мой почти не бывает дома.

- Да, мне повезло, - мой голос звучал механически, заученно. Роман уловил мой взгляд через стол и чуть улыбнулся. Я послушно улыбнулась в ответ. Идеальная жена. Идеальная семья.

Вечер тянулся, наполненный светской беседой и звоном бокалов. Я поддерживала разговор, смеялась в нужных местах, но внутри была пустота. Какая-то часть меня смотрела на всё это со стороны, как будто я была зрителем, а не участником собственной жизни.

- А ты что скажешь, Лея? - голос Романа вырвал меня из задумчивости. - Ты ведь раньше интересовалась современным искусством. Что думаешь о новой выставке в городском музее?

Все глаза за столом обратились ко мне. Я почувствовала, как к щекам приливает кровь. Роман редко предлагал мне высказаться на публике, и в этой неожиданной возможности крылся подвох.

- Я еще не была на ней, - осторожно ответила я.

- Правда? - деланно удивился Роман. - Я думал, ты ходила туда на прошлой неделе, когда я был в командировке.

Проверка, - мелькнуло в голове. Очередная проверка. Я действительно хотела пойти, но побоялась - вдруг он проверит мое местоположение через GPS, заметит, что я была не там, где сказала.

- Нет, не получилось, - я покачала головой, избегая его взгляда. - Илья приболел, и мы остались дома.

Наш сын поднял голову, удивленно глядя на меня. Он прекрасно знал, что не болел. Но, к счастью, промолчал.

- Жаль, - Роман внимательно смотрел на меня. - Надо будет сходить всем вместе.

Разговор перешел на другую тему, и я почувствовала, как напряжение немного отпускает. Но в воздухе осталось что-то невысказанное: обещание разговора позже, наедине.

Когда мы садились в машину, Роман был молчаливо-вежлив. Открыл мне дверь, помог Илье с ремнем безопасности. Улыбался. Но я знала, что это затишье перед бурей.

Дома он сразу отправил Илью спать, хотя было еще рано. Я поднялась с сыном наверх, помогла ему умыться и переодеться в пижаму.

- Мама, - прошептал Илья, когда я наклонилась поцеловать его, - я же не болел. Почему ты так сказала?

Я замерла, не зная, что ответить. Не могла же я объяснить ребенку, что солгала, чтобы избежать гнева его отца.

- Это была… маленькая неправда, - наконец произнесла я. - Иногда взрослые говорят такое, чтобы… чтобы не огорчать других.

Илья смотрел на меня серьезно, не по-детски понимающе.

- Ты боялась, что папа будет злиться?

Я вздрогнула от его проницательности.

- Спи, малыш, - я погладила его по голове, уходя от ответа. - Завтра у тебя важный день.

Когда я спустилась в гостиную, Роман уже ждал меня, сидя в кресле с бокалом виски. Его поза казалась расслабленной, но я знала этот обманчивый покой.

- Итак, - начал он мягким тоном, - Илья болел?

- Нет, - я решила не продолжать ложь. Все равно бесполезно.

- Тогда почему ты солгала?

- Я… - я замялась. - Мне было неловко признаться, что я просто не нашла времени сходить на выставку.

Роман покачал головой, делая глоток виски:

- Знаешь, что меня беспокоит, Лея? Не то, что ты не пошла на эту чертову выставку. А то, что ты лгала. Публично. Подставляя меня.

- Подставляя тебя? - я непонимающе посмотрела на него.

- Конечно, - он поставил бокал на столик. - Я выгляжу идиотом, когда моя жена врёт за столом. Как будто я не знаю, чем занимается моя собственная семья.

Я молчала, понимая, что любой ответ только усугубит ситуацию.

- Ты становишься проблемой, Лея, - его голос звучал почти огорченно. - Я даю тебе всё, а ты… что ты делаешь в ответ? Лжешь. Скрытничаешь. Избегаешь меня.

- Я не…

- Не перебивай! - он резко повысил голос, и я вздрогнула. - Я говорю. Ты слушаешь. Так устроена нормальная семья. Муж говорит - жена слушает.

Я опустила глаза, чувствуя, как горло сжимается от подступающих слез.

- Посмотри на себя, - продолжал он с отвращением. - При малейшем замечании сразу в слезы. Как ребенок. А еще мать моего сына.

Он резко встал и подошел ко мне. Я невольно отступила, но он схватил меня за руку:

- Прекрати! Прекрати шарахаться от меня, как от прокаженного! Я твой муж! Я имею право прикасаться к тебе!

- Ты делаешь мне больно, - тихо сказала я, пытаясь высвободиться.