Развод в прямом эфире

Глава 3

Я смотрю на Оксану с болью в сердце. Неужели она все знала и нарочно подставила меня? Я ведь делилась с ней своими переживаниями, а она оказалась такой же предательницей, как и муж с сестрой…

— Да, я в курсе, — грубо бросаю я.

— Сейчас нужно попытаться исправить ситуацию. Я думаю, можно…

— Исправить ситуацию? — насмешливо выгибаю бровь. — Как ты собралась это исправлять?

Ответить она не успевает. Вздернув подбородок и легонько задев плечом Оксану, я оставляю трех предателей в кабинете. Как же я могла быть такой слепой и не видеть змей, которые крутились рядом со мной на протяжении стольких лет! Они улыбались, радовались моим первым успехам и переживали неудачи, прекрасно играя свои роли.

Оксана знала и молчала. Она просто ждала подходящего момента, чтобы связь моего мужа и сестры вскрылась нужным образом. Пиар-менеджеру нужен качественный контент, и судя по всему, это единственное, что ее интересует. Как бы побольше заработать… Ведь ее заработная плата напрямую зависит от популярности моего блога — так прописано в договоре.

Что-то липкое и тягучее растекается по телу, вызывая у меня приступ тошноты. Я бегу в ванную комнату и, закрывшись изнутри, включаю прохладную воду. Слезы, которые мне удавалось сдерживать все эти позорные минуты своей жизни, начинают стекать по щекам, превращаясь в неконтролируемый поток.

— Как же вы могли, — шепчу пересохшими губами, глядя на свое отражение в зеркале. — Я просто слишком близко подпустила вас к своей душе.

Через несколько минут я успокаиваюсь, и слезы куда-то испаряются. К счастью, макияж прекрасно держится, а мое состояние выдают лишь красные глаза. Я делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю, а в голове сейчас крутится только один вопрос — что же делать дальше. У меня полный дом гостей, и выгнать их сейчас я просто не могу. Видел ли кто-то из них «подарок» от мужа? Это станет понятно по их лицам, как только я вернусь на банкет.

И я решаю продолжить празднование моего юбилея. Слишком много времени и сил было вложено в этих праздник. Кроме того, ко мне приехали родственники и друзья из-за границы. Кто-то из них взял на работе отпуск, кто-то дополнительные выходные. Я еще успею поплакать над своей личной драмой, а пока нужно пересилить себя и провести время с дорогими мои сердцу людьми. Придётся радоваться и улыбаться с рваной раной внутри, делая вид, будто ничего и не произошло.

Я выхожу из ванной комнаты и сталкиваюсь с Оксаной. Она ждет меня.

— Ален, да что случилось? — в ее голосе слышится неподдельное волнение, но я не верю ей. В моей голове уже сложился пазл.

— А то ты не знаешь? — горько усмехаюсь я.

— Ты так расстроилась из-за торта? — Оксана сводит брови на переносице, будто действительно не понимает, что происходит.

— Какой к черту торт? — раздражаюсь еще сильнее.

— Который дети случайно перевернули, — объясняет она. — Ален, извини, это я не уследила. Отвлекалась и…

— Оксана, да причем тут торт? — почти выкрикиваю я. — Мой муж изменяет мне с сестрой. И ты знала об этом. Ты нарочно отправила меня за подарком, чтобы я увидела их? Хотела поднять рейтинг?

Оксана округляет глаза, в которых я вижу неподдельный ужас. Неужели я ошиблась, и моя помощница ни о чем не знала? Черт, если так, то лучше провалиться сквозь землю. Но после увиденного я вообще не понимаю, как верить людям… Если самые близкие смогли так поступить, что говорить о других.

— Алёна, о чем ты говоришь?

— Хочешь сказать, ты не видела эфир?

— Только самое начало, — растерянно произносит она. — Меня отвлекла твоя бабушка, и пока ты снимала, я обсуждала с ней историю девятнадцатого века. Поэтому и не уследила за тортом.

— Ты не знала о моем муже и сестре? — спрашиваю прямо.

— Конечно, нет, — отрицательно качает головой. — Ален, я… я даже не знаю, что сказать.

— Да что тут скажешь? — пожимаю плечами. — Хуже всего, что все видели дети, и это происходило в прямом эфире на глазах у огромного количества человек.

— Ужас! Какой же он подлец! — восклицает Оксана. — И ты решила, что я могла бы так поступить так с тобой?

В ее голосе нет обиды, только удивление.

— Я не знаю, что и думать. Ты настаивала на прямом эфире, и в моей голове все сложилось, — я не оправдываюсь, только констатирую факт.

— Я понимаю. Но я слишком дорожу нашей дружбой, чтобы так подставить тебя ради денег, — серьезно говорит она. — Мне кажется, за столько лет у тебя не должно было возникнуть ко мне таких вопросов.

— За столько лет у меня не возникало вопросов ни к сестре, ни к мужу, а на деле все оказалось… — я замолкаю.

— Алёна, мне так жаль, что это случилось с тобой, — Оксана обнимает меня за плечи. — Как они могли так поступить? Насколько же должны отсутствовать морально-нравственные принципы, чтобы вытворить такое.

— Я не знаю, — произношу на выдохе. — Но сейчас мне нужно вернуться на праздник и сделать вид, что все в порядке. Думаю, это будет лучшим решением.

— Хорошо, если никто из гостей не видел запись в прямом эфире. Жалостливые взгляды нам не нужны, — Оксана отрицательно качает головой.

— Главное, чтобы те, кто видел, не говорили об этом хотя бы на празднике, — поджимаю губы. — Я не представляю, как показаться гостям. И как смотреть в глаза мужу и сестре.

— Пойдем. Ты справишься. А чуть позже что-нибудь придумаем.

Конечно, справлюсь. По-другому и быть не может. Вот только дыра в сердце от этого меньше не становится.

Натянув на губы улыбку, я возвращаюсь к гостям.

— А вот и именинница! — восклицает мама. — Ну наконец-то. Алёна, тебя все потеряли.

В ее голосе слышатся обвиняющие нотки. В принципе, ничего другого я от неё и не ожидала. Мои отношения с мамой не самые простые, но это не мешает нам поддерживать красивую картинку семьи. Я никогда не понимала причину, по которой родной человек может так недолюбливать свою кровинку.

— Работа, — пожимаю плечами, натягивая на губы дежурную улыбку..