Развод. Вернуть Любовь.

Глава 15

Любовь

Я была очень благодарна Марине Вячеславовне за поддержку. Мы проговорили с ней полночи, и как оказалось, она тоже немало пережила в своей жизни. И из доброй, доверчивой и нежной девушки превратилась в несгибаемую железную леди. На работе все звали её мегерой, даже не подозревая, что за этой толстой бронёй скрывается израненное сердце.

С тех пор мы очень сблизились с Мариной, очень часто просто болтали. А ещё, несколько раз на её машине подъезжали в детскому саду и наблюдали за Даней. И всякий раз, когда я смотрела на сына, слышала его смех, сквозь приоткрытое окно, моё сердце буквально рвалось на части. Я всякий раз порывалась выскочить из машины, чтобы окрикнуть его, но всякий раз останавливала себя. Понимая, что моё желание может причинить боль моему сыночку.

- Ну что, поехали? – спросила Марина, после того, как мы простояли у детского сада около часа.

- Как ты думаешь, что он ему сказал? Как объяснил, что меня больше нет с ними? – спросила я Марину, как будто она могла дать ответ.

- Люб, я не знаю. – Растерянно ответила она, заводя машину. – Поехали, пока нас не заметили. Мы и так сегодня не в то время приехали.

В ответ я лишь молча кивнула и закрыла окно. Но, едва мы тронулись с места, как нам встретилась машина Воронова. Хотя это и было для меня неожиданностью, но я быстро сползла на сидении, чтобы он не увидел меня.

- Как думаешь, он не заметил? – спросила я Марину.

- Нет, конечно. – Почему-то уверенно ответила она, на что я вопросительно посмотрела на неё. – Моя машина ему ни о чём не говорит, поэтому он даже не заострил на ней внимание. – Объяснила Марина. – Но в ближайшие дни, лучше пока не ездить, мы и так зачастили. Как бы его шестёрки не заподозрили что. – Всё равно решила проявить осторожность Марина.

Я была с ней полностью согласна, потому что мне рядом с детским садом появляться вообще, было запрещено. Поэтому когда я последний раз была там, мне охрана Воронова ясно дала понять, чтобы я больше не приезжала туда. И я рисковать не стала, потому что так и не поняла причину такого отношения ко мне некогда любящего мужа.

Но, тем не менее, на следующий день я всё же получила сюрприз от моего мужа, а точнее повестку из суда, о том, что через два дня состоится первое заседание суда о разводе.

- Ну, ты как? – спросила Людмила Алексеевна, после того, как я отпустила работника почты, который и вручил мне эту повестку.

- Я не знаю. – Пожала плечами я. – Неприятно, больно, но я уже к этому готова. Наверное, готова. – Стараясь сдержать слёзы, ответила я.

***

Перед судом я не спала всю ночь. Не помог мне ни успокаивающий чай Людмилы Алексеевны, ни снотворное, ни какие-либо другие способы. Поэтому я просто лежала в кровати, уставившись в потолок и со страхом ждала завтрашнего дня.

С одной стороны я прекрасно понимала, что развод дело решённое, а завтра лишь пройдёт официальная часть, после которой мы с Глебом станем чужими людьми. Но я всё равно боялась встречи с ним, потому что завтра я увижу совершенно другого, не знакомого мне Глеба. Того, кто сейчас почему-то смотрит на меня с ненавистью и презрением, словно я совершила что-то страшное, не поправимое, только вот что.

Надеюсь, завтра прольётся хотя бы маленький лучик света на эту тёмную историю. Потому что находиться в неведении, у меня больше не было сил.

Когда мы с моим адвокатом приехали в суд, Воронов был уже там, со своим адвокатом, к которому, как оказалось, я тоже обращалась.

Увидев меня, мой муж стрельнул в меня взглядом полным ненависти. И я поняла, что её стало ещё больше, чем раньше. Мне хотелось подойти к нему и прямо задать интересующие меня вопросы. Не будет же он сейчас при всех избегать разговора со мной. Но едва я собралась это сделать, как в зал вошёл судья.

- Прошу всех встать, суд идёт! – произнесла секретарь. – Прошу всех садиться. Слушается дело о разводе Воронова Глеба Сергеевича и Вороновой Любови Александровны. Истец представьтесь. – Попросила она его, после чего Глеб выполнил её просьбу. – Ответчик, - обратилась она затем ко мне, и я последовала примеру мужа, огласив необходимые данные.

Затем судья зачитал иск моего супруга, в котором было изложено его желание развестись со мной, но никакой конкретики, ничего, что могло бы хоть как-то указать на причину развода.

- Ответчик, - обратился ко мне судья, - вы согласны с иском.

- Нет. – Ответила я.

- Слово предоставляется истцу Воронову Глебу Сергеевичу. – Обратился затем он к моему мужу. – Скажите, почему вы хотите развестись с вашей женой? Что послужило причиной? Насколько я понимаю из дела, вы уже давно в браке и воспитываете несовершенно летнего сына.

- Да, у нас есть сын. – Коротко ответил мой муж, снова избежав ответа.

- И всё же, что послужило причиной такого решения? – повторил судья свой вопрос.

- Я отвечу коротко, наши отношения изжили друг друга. Мы теперь друг другу абсолютно чужие люди. – Ушёл от ответа Воронов.

- Не думаю, что это причина, по которой стоит рушить семью. – Не встал судья на его сторону. – Поэтому прошу вас, поясните более подробно.

- Ваша честь, - обратился Глеб к судье, - мне бы не хотелось выносить всё грязное бельё, на всеобщее обозрение, пусть это останется между нами. – Не желал он раскрывать карты.