Развод. Вернуть Счастье

Глава 8. Я виновата

— А кто тебе звонил и сказал про того мальчика? - на удивление выходит спросить ровным голосом. - Я состою в родительском чате. Почему учительница не позвонила мне, а набрала сразу тебя? Ты знаешь родителей того мальчика?

— Конечно, знаю. Это мои инвесторы, - глядя в глаза выдает сквозь зубы Насиб.

Я не то подумала.

Беру себя в руки и иду по другому пути.

— Мальчик старше Теймура, поэтому в этой ситуации наш сын пострадавшая сторона, - заключаю настороженно. - Ты ведь так считаешь, да? - спрашиваю с нажимом и говорящим взглядом, переводя глаза с мужа на сына.

Как бы я злилась на мужа, но в глазах детей он не должен выглядеть злодеем.

Муж будто просыпается ото сна, его черные глаза проясняются. Ошарашенно смотрит то на меня, то на сына. Да, милый, ты должен быть на его стороне. Чужой ребенок тебе никто и даже обидчик. Именно Сеймура тебе необходимо защищать и показать как правильно.

— Да, - глухо произносит.

Выпрямляется, одергивает полы идеально сидящего пиджака и приближается к нам, обходя диван.

Останавливается напротив Теймура, осматривает с головы до ног. Обратно поднимает взгляд к его глазам.

Берет за подбородок, крутит, смотрит оценивающе нет ли повреждений.

Лицо мужа серьезное, губы поджаты.

Мы все стоим, не шевелясь. Марал также жмется к моей спине, а я ободряюще сжимаю ее ладонь и глажу большим пальцем костяшки ее пальцев.

— Вызови врача и пусть отдохнет несколько дней от школы, - выносит серьезным голосом вердикт Насиб.

Не смотрит мне в глаза. Разворачивается на пятках и уходит в сторону выхода. В воздухе остается висеть тяжелый напряженный момент.

Вроде как Насиб ушел, а вот его давление осталось.

— Давай и вправду пойдем наверх, милый, - пересиливая себя, проговариваю мягким тоном, тяну руку Теймура.

Он упирается, не хочет поворачиваться ко мне лицом. Сжимает кулаки и смотрит в сторону, где исчез его отец. А потом срывается с места и бежит к лестнице. В свою комнату, наверное…

Мне становится горько от увиденного. Сын злиться на отца. Это я еще могу понять. Но за что Насиб злиться на сына? Неужели чужие люди важнее?

Не знаю что делать. Но дети важнее.

Делаю выдох и отстраняюсь от слов мужа и его вердикта. Поворачиваюсь к дочери.

Она у меня старшая. Мягкая, ранимая моя девочка.

— Мама, Теймур полез меня защищать, - вселяется в ладонь и тараторит испуганно. - Потому что задира Владик снова полез мне волосы дергать. Он так каждый раз делает. Вот и брат это увидел. Сказал не надо Владику…

— Успокойся, милая, - торможу дочь, которая уже почти захлебывается от объяснений. - Все хорошо. Все прошло…

— Но это из-за меня драка произошла, мама, - в отчаянии уже шепчет, слезы на глазах.

— Темур твой брат и конечно он будет тебя защищать. На то и нужны братья, - стараюсь найти слова для успокоения детской души. Сама готова разреветься от ситуации.

— Но папа ведь ругался, - вглядывается в меня испуганными глазами.

— Просто у папы трудности на работе, он устает, - глажу ее по волосам, утираю пальцами скатившиеся слезы на щеках. - Вот и сказал не подумав.

Теперь злюсь на Насиба. Своими необоснованными и вспыльчивыми выводами поселил в Луше дочери смятение.

— Я правда не хотела, чтобы они подрались. Я буду обходить Владика, - заверяет меня и ломает руки. Еле немного и она забьется в угол в своей комнате и вытащить ее не получится оттуда.

— В этом нет твоей вины, милая, моя, - обнимаю дочь, крепко прижимаю ее к себе и целую ее в макушку. Убеждаю, что она здесь ни при чем. - Мальчики они ведь задиристые и порой бывают очень глупые. А Теймур у нас защитник и он никогда не бросит тебя в беде. Ты пожалуйста, не волнуйся так…

Не замолкаю и говорю все, что придет в голову. Все, что поможет ей успокоиться.

Глажу по ее волосам, стараюсь держаться и не выдавать как внутри меня все клокочет от боли. Мои дети страдают, а я не могу им помочь.

Я бы сама с этим Владиком поговорила. На него постоянно жалуются другие дети, да и родители. Но классный руководитель списывает все на возраст.

Скорее, дело в самом родителе мальчика.

Отец Владика крупный предприниматель, иногда он «помогает» школе. Тот самый инвестор. Думаю, мальчика до сих пор и держат в классе.

И потом, наши дети ходят в элитную частную школу. Мы там все оплачиваем крупную сумму за учебу.только остальные дети так не хулиганят, как Владик. Должны же быть рычаги давления на таких хулиганов!

Надо бы Насибу поговорить с отцом этого мальчику. Только судя по реакции мужа… с ним самим уже поговорил его инвестор.

Как же все сложно! И очень беззащитной чувствую себя перед опасностью.

А еще Насиб с разводом…

Отравляет душу новость. Я об этом стараюсь пока не думать. Если окунусь с головой в мотивы мужа с разводом, то могу утонуть с головой. Уйти в себя. А у меня ведь трое детей.

Кажется, мое сознание все еще в шоке и абстрагируется от этой новости. Иначе ударит она по самое не хочу.

А мне нельзя ломаться сейчас.

Только мысль о детях держит меня на плаву.

Струна внутри меня напряжена до предела. Кажется, дай я волю слезам и начни я себя жалеть - она лопнет. Тогда я не смогу идти дальше. Я утону в собственном горе.

Мне просто нужен план как уйти с детьми и… куда. Никого у меня не осталось. Даже дом отца был продан за долги.

Мне нужно будет достать свою наливку перед побегом. Ее должно хватить на первое время для съема квартиры. И сразу устроюсь на работу…

Обвожу глазами комнату вокруг себя.

Мои дети привыкли к роскошной жизни. Ни в чем не знала отказа. Для ни это само собой разумеющееся. Сколько они согласятся остаться со мной, где намного ниже уровень жизни?

Не думать об этом! Я все смогу им объяснить…

Я потом об этом подумаю, но сделаю все возможное, чтобы дети остались со мной. И обеспечу им максимально комфортную жизнь…