Развод. Воспитаю сама!

Не лишай меня тепла...

- Я…- даже не знаю, что сказать, если честно…Никаких улик у меня нет…- я слышала стоны…женские…из твоего кабинета…

Муж не впечатлен этой информацией: «Марго не первый раз такое выкидывает. Помнишь, как она накрасила губы и исцеловала мне все рубашки? Еще просила волосы подруг и разбрасывала по постели».

Ох, да… «гениальности» у этой девочки не занимать. Только лучше бы она направила энергию на учебу и экзамены, а не на террор мачехи.

- Мне подруга сказала, что ты водишь в кабинет женщин,- запинаюсь и краснею,- и изменяешь мне с ними,- и зачем-то добавляю для пущей уверенности,- и она сама это видела.

И только потом понимаю, как нелепо это звучит. Тим тут же подхватывает: «В бинокль она, что ли, пялилась? Или спряталась за шторку и стояла там три дня?»

Опускаю голову. Я завелась без основания. Услышала звон, да не знала, где он.

- Катя тебе это наплела, да? – вздрагиваю. Не то что бы у меня куча подруг, но как мой супруг с первой попытки вычленил, кто именно пустил про него сплетню? Не с добра…

Киваю. Муж устало берет мои руки в свои: «Милая, ты бы получше выбирала себе приятельниц. Таких змей на груди пригреваешь. Ты меня прости, но она – просто пустоголовая курица. Своей личной жизни нет, так она в чужую нос сует. И свадьбе нашей завидовала, и уже второй твоей беременности».

Неприятно слышать такое. Но у Кати, действительно, глазливая речь. Я ей до последнего не говорила о пополнении. Хоть и уверяет, что завидует исключительно белой завистью…а все равно после новостей случаются какие-то несчастья.

От неудачного дня начинаю сопеть носом. Еще немножко, и расплачусь: «Прости меня за недоверие. Накрутили. Еще и розыгрыш этот неудачный. Поговоришь с Марго? Давай ее хотя бы телефона на выходные лишим?»

- Не надо отыгрываться на моей дочери за то, что ты не умеешь выбирать себе подруг,- в голосе мужа тут же появилась сталь.

Они оба винят меня в смерти его первой жены, мамы Марго…Хоть Тим и уверял, что простил меня, и это была роковая ошибка. Но с тех пор он стал оберегать девочку и не позволял даже косо смотреть в ее сторону. Прощал все шалости. И дочка начала расти во вседозволенности и перегибать палку.

- Просто…у нас с тобой давно уже не было интима. Я себя чувствую такой непривлекательной! С необъятным животом. Неуклюжей и неряшливой!

Хотелось, чтобы Тим тут же начал разубеждать меня в пустых опасениях. Но он отвел взгляд в сторону и замолчал.

Мне очень нужно его тепло. И поддержка. Прямо сейчас. Проявляю инициативу – тянусь к мужу и целую его. Он подается в ответ. Но, когда я начинаю снимать с него рубашку, мягко меня отстраняет.

- Врачи не рекомендуют, ты же знаешь. Не хочу провоцировать выкидыш. Я себя не прощу.

Он звучит искренне. Но почему-то мне кажется, что это – не основная причина, по которой муж обрубил весь интим между нами…