Развод. Возвращаться – плохая примета

Глава 16

Кирилл на секунду замирает, потом пожимает плечами.

– Да. Поменял.

– Когда? – спрашиваю я спокойно.

– Недавно, – отвечает он. – После того, как Никита пару раз брал телефон. Я побоялся, что он что-нибудь нажмёт, удалит, позвонит кому не надо. Решил установить другой.

Он берёт кружку, ставит её в кофеварку.

– Там рабочие чаты, контакты, клиенты.

Я смотрю на мужа.

– И ты решил мне об этом не говорить?

– А зачем? – искренне удивляется он. – Это же просто пароль, Марин. Тоже мне, событие, чтобы докладывать.

Кофе льётся в кружку. Запах заполняет кухню.

– Понятно, – говорю я.

Кирилл забирает у меня телефон.

– Новый пароль, – говорит он легко. – Восемь–восемь–четыре–семь.

Он разблокирует его, но не торопится выпускать из рук.

– А зачем тебе погода? Куда-то хочешь?

– Да, – говорю я спокойно. – Мы встретим Вику с мужем, и я хотела бы сразу поехать отдыхать. Что там с погодой на следующие десять дней?

Кирилл с явным облегчением подхватывает тему, блокирует экран телефона и кладёт его на стол.

– Кто поедет?

– Вика плюс один, – начинаю я.

– Кто ещё? – перебивает он.

– Соня плюс один.

Он резко вскидывает глаза.

– Так мы его всё-таки увидим?

– Нет, – отвечаю я. – Это я про Дашу. Катя с Егором и мы. Твоя сестра с мужем и собакой – если соберётся.

Кирилл морщится.

– Я надеялся, что она снова не поедет. Согласись, без них было спокойнее.

– Да, – соглашаюсь я. – Но я её пригласила. Поедут они или нет – она ещё не знает.

Кирилл усмехается.

– Значит, буду активно загадывать желания.

– Думаю, пора отвести Никиту в сад и достать украшения, – говорю я. – Купишь ёлку?

– Возьми Никиту, съезди вечером, – отвечает он. – Не сегодня, – тут же качает головой. – Я за вчерашний вечер дома теперь буду три вечера нагонять.

Он на секунду замолкает.

– Слушай… прости за вчерашнее. Я всё утро думаю про Соню. Я так сорвался потому, что у меня в голове она всё ещё маленькая девочка с бантиками. А тут какой-то мужик…

Он вздыхает.

– Надеюсь, это был просто знакомый. Мало ли. Я надеюсь, ты поговоришь с ней.

– Конечно. Она, может, и сама ещё поделится. Ты ведь передумал с ней ругаться? – уточняю я.

– Да, – кивает он. – Но… надеюсь, она будет благоразумна. Напомни ей о правилах безопасности.

Я смотрю на него укоризненно.

– Кирилл… А насколько подкованными были мы, когда я увидела вторую полоску на тесте?

Он смотрит на меня и усмехается.

– Ну да… Мы были очень подкованными и очень осторожными… Ладно. Будем фаталистами.

– Придётся, – говорю я.

Он поднимается.

– Пойду собираться.

Он выходит. Его телефон остаётся на столе.

Я смотрю на него и думаю, что нет… не буду. Мне правда не хочется. Но пальцы уже набирают код, который он назвал. Неверный пароль.

Я хмыкаю. И в этот момент окончательно решаю, что я выясню, кто она. Та, ради которой он так нагло и подло врёт мне прямо в лицо.

На кухню прибегает Никита.

– Я голодный!

Он плюхается за стол и тут же принимается криво мазать масло на уже нарезанный хлеб. Я ставлю перед ним тарелку с кашей, рядом – ягоды и нарезанный кусочками омлет.

Никита принимается за еду. Потом вдруг вздыхает и говорит с важным видом:

– Ну вот. Теперь в садике в меня снова ничего не влезет.

– Ты имеешь в виду, что ты не будешь просить вторую порцию?

Он задумывается на секунду.

– Ну… – тянет он. – Может быть, чуть-чуть влезет.

Никита доедает, соскакивает со стула и убегает в комнату ещё чуть-чуть поиграть. Я не возражаю. Собираю со стола тарелки, вытираю крошки, ставлю всё в посудомойку.

Из коридора доносится голос Кирилла.

– Пока, Никита! Веди себя хорошо.

– Пока! – радостно отвечает Никита.

Кирилл заходит на кухню.

– Я поехал, – говорит он. – До вечера.

Он берёт со стола телефон. Наклоняется ко мне, чтобы поцеловать. В голове вдруг вспыхивает противное, липкое осознание, что если он ещё кого-то целует – фу. Фу–фу–фу. Лучше уж целоваться с собакой его сестры. И я подставляю ему щёку, а не губы.

Кирилл делает вид, что ничего не заметил. Улыбается, как обычно. Разворачивается и выходит в коридор. Я слышу, как он обувается. Потом – щелчок двери.

И только тогда меня накрывает. Сначала внутри становится тесно, потом – шумно, потом – слишком много мыслей одновременно. Я понимаю, что не могу это обсуждать вообще ни с кем. Я пожаловалась Кате. И Кирилл вдруг примчался домой раньше. Может, совпадение. Может… Кому вообще можно доверять?

Я беру телефон. Пишу сестре.

Привет. Мне нужна вторая голова. Когда ты будешь свободна?

Отправляю.

Смотрю на часы. Пора собираться. Я иду звать Никиту, чтобы одевался.

Я проверяю телефон. Сообщение от сестры.

Позвоню своим утром. Если не будешь спать.

Хорошо, – думаю я и убираю телефон в сумку.

Еду за Никитой. Забираю его из садика. Усаживаю его в машину, пристёгиваю ремень.

– Поедем за ёлкой? – спрашиваю я.

– Да-а-а! – радуется Никита. – А где мы будем покупать ёлку?

– Я видела хорошие возле торгового центра, – говорю я. – Там, где каждый год продают.

Мы едем туда.

Паркуемся. Выходим. Возле входа – палатки с ёлками, гирлянды, свет. Рядом продают горячие вафли, сладкую вату и чай в бумажных стаканах. В воздухе пахнет сахаром и жареным тестом. Никита сразу тянет носом.

– Мам, вкусно пахнет!

– Потом, – говорю я. – Сначала ёлка.

Мы идём вдоль ряда, выбирая самую пушистую. В итоге останавливаемся на аккуратной, не очень высокой, но густой ёлке.

– Вот эта, – уверенно говорит Никита.

Продавец ловко стягивает ветки сеткой, упаковывает ёлку. Никита крутится рядом, не может устоять на месте. И вдруг замирает.

– Мам… – говорит он тихо и тянет меня за рукав. – Мам, там Соня. Это же Соня? Мам, а с кем она?