Развод. Вторая семья мужа

Глава 1.1

Звонок раздается в тот самый момент, когда я помешиваю утренний кофе, глядя в окно на осенний двор.Обычное октябрьское утро, серое небо, желтые листья на деревьях кружатся в медленном танце, падая на мокрый асфальт.

Кухня наполнена ароматом свежесваренного кофе.

А я улыбаюсь этому дню, потому что в моей жизни есть определенная размеренность, привычная гармония. Дети звонили вчера вечером - Рустам из Лондона, Айгуль из Берлина. Оба здоровы, оба счастливы своей жизнью.

Эйваз вернулся домой не слишком поздно, мы поужинали вместе, он даже рассказал пару анекдотов с работы. Все как обычно, все правильно.

Ничто не предвещало катастрофы. Телефон звонит настойчиво, прерывая мои размышления о том, что сегодня нужно купить к ужину. Я машинально снимаю трубку, не глядя на экран, продолжая помешивать кофе деревянной ложечкой.

— Алло, Эльмира? — голос Айше звучит как-то странно, напряженно, словно она принуждает себя к этому разговору.

— Да, привет, Айше. Что-то случилось? У тебя голос странный, — говорю я, автоматически убавляя огонь под туркой.

Длинная пауза. Слишком длинная. Я слышу, как Айше дышит в трубку, и это дыхание неровное, прерывистое.

— Слушай... — она делает паузу, и я слышу, как она глубоко вздыхает, словно собираясь с духом перед прыжком в пропасть. — Мне очень неудобно тебе это говорить, но... я не могу молчать. Это было бы неправильно.

Кофе в турке начинает закипать, но я уже не обращаю на это внимания. Что-то в голосе подруги заставляет меня насторожиться, словно инстинкт предчувствует беду раньше разума.

— Айше, что происходит? Ты меня пугаешь.

— Не хочу тебя пугать, но... — она снова замолкает, и я слышу, как она меняет положение, видимо, садится или, наоборот, встает. — Эльмира, я была сегодня утром в парке. Знаешь, там, где новая детская площадка, где мы с тобой думали будем своих внуков водить гулять…

Воспоминание всплывает само собой: мы стояли у этой площадки месяц назад, смотрели на играющих детей, и я мечтательно говорила о том, как когда-нибудь буду приводить сюда внуков. Айше тогда улыбалась и говорила, что у нас еще есть время.

— Да, знаю. И что? — спрашиваю я, чувствуя, как что-то холодное начинает расползаться по груди.

— Я решила там немного прогуляться. Хотела подышать свежим воздухом, понаблюдать за детьми. И видела там... — она снова замолкает, и я слышу, как она задерживает дыхание, а потом делает глубокий вдох, словно ныряльщик перед погружением. — Господи, как мне тебе это сказать...

Кофе начинает убегать, шипя на плите. Я резко выключаю огонь, но рука моя действует словно сама по себе, а все мое внимание сосредоточено на том, что сейчас скажет Айше.

— Айше, говори прямо! Что ты видела?

— Я видела Эйваза.

Эти слова падают в тишину кухни как камень в стоячую воду. Сердце у меня пропускает удар, а потом начинает биться так громко, что, кажется, его слышно в трубке. Эйваз должен быть на работе, он уехал туда два часа назад, целуя меня на прощание в щеку, как каждое утро вот уже двадцать пять лет.

— Эйваза? В парке? — голос мой становится тише, словно я боюсь спугнуть правду. — Может, у него перерыв или совещание отменили?

— Эльмира, он был не один, — перебивает меня Айше, и в ее голосе слышится боль, словно она сама страдает от того, что вынуждена мне это говорить. — Он был с женщиной. Молодой женщиной. Красивой. Темноволосой, стройной. Она была одета в бежевое пальто...