Развод. Второй шанс на семью

Глава 5

Лера, увидев меня через распахнутые настежь двери, выбегает навстречу, раскинув руки.

Сердце начинает учащённо колотиться. Не совладать с ним, не унять даже самую малость.

Делаю глубокий вдох. Выдох…

Волнение не отпускает.

Чувствую, как кровь приливает к лицу и щёки начинают пылать.

Доченька моя маленькая, котёнок… Как же я соскучилась!

И чего только не напридумывала, теряя надежду увидеться с тобой сегодня. Представила, что одна дорога…в полицию. Искать помощи у закона.

Выражение лица моего мужа не смягчилось при виде дочери, а стало ещё более жёстче.

– Лера, я же тебе сказал оставаться дома. Подожди немного, и я приду, – выпаливает строго.

– Пап…, – останавливается в растерянности, оробев от такого тона, – я только одним глазком в окошко посмотрела и увидела маму. – Виновато смотрит на отца.

Что?! Он ещё и нашей дочери запреты выдвигал? Почему она просит прощение за то, что вышла на улицу?

Безграничная материнская любовь подталкивает смело броситься навстречу к своей девочке.

Милая моя, как бы защитить тебя и уберечь от всего этого!

– Милая моя, ну что же испугалась, иди ко мне, – присев на корточки, протягиваю распахнутые руки к девочке. – Ну же, хорошая моя.

Лера в ту же секунду срывается с места, спешит оказаться в моих объятиях.

– Мама, ты приехала, я так скучала! Пойдём скорее домой, там Лайма, она тоже соскучилась и хочет гулять, – тянет меня за руку, жизнерадостно и открыто улыбаясь, как могут только дети.

Хорошо, что она ещё маленькая и не умеет считывать эмоции. Но всё равно я стараюсь их тщательно скрывать.

Изо всех сил задерживаю, не позволяя вырваться слезам.

Тихон, собрав руки на груди в замок, строго наблюдает за происходящим.

Молчит.

Как бы мне хотелось сию минуту уйти вместе с Лерочкой.

Навсегда!

Забыть всё это, как страшный сон и начать жить с чистого листа. Подальше от этого предателя.

Продолжать сейчас спор, борьбу за нашу дочь…это исключено.

Лера же испугается. Не должны малыши быть участниками стычек родителей. Они пришли в этот мир, чтобы радоваться и наслаждаться жизнью, а не грустить и расстраиваться.

Мне ничего не остаётся, как набраться терпения, чтобы выстоять этот удар.

– Да…выпустим её, – соглашаюсь и, поднявшись, плетусь за Лерой, еле переступая ногами. Такое чувство, что стали, как ватные.

Тревога сковала меня изнутри.

Организм всецело сопротивляется переступать порог родного жилища.

– Мама, у тебя лицо такое красное, – дочка лепечет тоненьким голоском и внимательно смотрит на меня голубыми светлыми глазками.

– Просто солнышко очень яркое, вот я и загорела, – первое, что приходит мне в голову. – Там, где я была, оно очень сильно светит. Тебе тоже надо на воздух, чтобы щёчки стали розовыми.

Стараюсь улыбаться сквозь вновь навернувшиеся слёзы. Сдерживаю выступившие капли до режущей боли в глазах. От такого противоестественного напряжения голова наливается свинцом, становится тяжёлой.

– Не-е, я не хочу, – вижу, что Лере не очень нравится мой “ожог”.

Похоже, что припухлость не только ощутима, но и хорошо заметна…

Тихон щелкает зажигалкой и начинает потягивать сигарету, погрузившись полностью в раздумья.

А ведь сколько раз я просила его, чтобы он эту гадость при ребёнке даже не доставал. Неприятный запах тут же разносится по воздуху, обдавая нас.

А ему всё равно. Смотрит на нас задумчивым взглядом. От этого самого взгляда холодок по всей коже…

Решает сейчас как бы сильнее ранить меня?..

Он против того, чтобы я с дочкой ушла. Выпроваживает меня одну, зная заранее, что такое испытание я не выдержу.

Из дома доносится жалобный лай собачки, и мы поторапливаемся спасти её от одиночества.

Лера бежит впереди меня, желая как можно скорее выпустить Лайму погулять.

– Мам, почему ты стоишь, проходи, – Лера буквально силой тянет меня в дом.

А я не могу и шагу ступить, замирая на террасе. Девочку притягиваю к себе, не хочу отпускать туда.

Этот дом в один миг стал мне чужим.

Мне кажется, что переступив его порог, я будто свяжу себя по рукам и ногам…

Что же делать...впереди настоящая бездна, а позади угрожающе надвигается сам Тихон...