Развод. Выживу вопреки

13

Жизнь после свадьбы не остановилась. Первое время, можно сказать, всё почти было, как и прежде, разве что я жила теперь в доме Весельникова и с Весельниковым.

Я посещала институт и училась. Правда, теперь у меня были соглядатаи – два секьюрити, которые сопровождали меня везде. Спасибо хоть на лекциях да практических не сидели рядом. Зато шаг влево, шаг вправо – без их участия запрещено.

Больше я не могла встречаться с друзьями, бегать в одиночку в кафе за булочками да кофе, пробежаться по магазинам.

– У тебя теперь другой уровень жизни и статус, – пояснил мне, осклабившись, Весельников. – Ты замужняя женщина плюс замужем ты не за каким-то там жлобом, а за мной. А я – это власть и сила. И моя женщина должна понимать, куда она ходит, с кем общается, какие магазины посещает. Ну, и охрана – это необходимость больше, чем то, о чём ты думаешь.

Думала я правильно: он меня, прежде всего, пас, как овцу, а уже потом всё остальное. И по поводу жлоба я тоже сомневалась.

Нет, в общем целом, он был щедр, чего-то необычного не требовал. Кофе в постель не просил, готовить завтраки – тоже. У него для всего имелась прислуга и натыканные по всему дому камеры. Порой мне казалось, что за мной следят даже в туалете и в ванной комнате. Но это даже для Весельникова было чересчур. Просто я чувствовала себя не в своей тарелке, не в своей зоне комфорта.

Естественно, вскоре я заскучала так, что хоть волком вой.

То, что Весельников почти сутками отсутствовал и появлялся дома только под поздний вечер, меня устраивало. Не нравилось, что я самостоятельно не могла планировать свой собственный досуг.

В библиотеку – под охраной. Встреча с подругой – под охраной. Я не чувствовала себя ни разу свободной и раскованной. Мы даже пощебетать с Таськой, как раньше, не могли.

– Эта подруга тебе не подходит, – заявил мой муж однажды. – Не тот круг общения. Надеюсь, ты это понимаешь.

– Нет, не понимаю, – до взрыва оставалось совсем чуть-чуть: я уже дошла до кондиции, когда терпеть становилось невозможно. – Это мой круг общения! Я и так ограничена во всём, ещё и с подругой встречаться нельзя?

– Я бы сказал так: сведи общение до минимума. Если она тебе так дорога, вам и телефона хватит. А нечем заняться, скучаешь, посещай салоны красоты, плавай в бассейне – я тебе абонемент купил, купи платья, чтобы меня радовать.

О, да. Радовал себя Весельников почти каждую ночь. Естественно, не меня. Ему вообще не особо интересовало, что чувствую я.

Если бы не мой первый очень удачный опыт с иностранным Марко, я бы, наверное, подумала, что так оно и бывает обычно. Муж получает удовольствие, жена терпит, воспринимая постель как обязательную данность, приложение к браку.

Но я всё же не в средневековье родилась и живу. Как бы понимаю, что постель с мужем – это не оброк, не панщина. Может, если бы я его любила, было бы всё по-другому. Но я к мужу даже расположения не испытывала положительного. Что уж говорить обо всём остальном.

– Абонемент в пустой бассейн? – съязвила я, не удержавшись.

– А ты что, хотела крутить своими прелестями перед толпой мужиков? – покраснел мордой Весельников. – Отвыкай! Всё это, – обвёл он ладонями вокруг моего тела, – принадлежит мне! А узнаю, что ты хвостом перед кем-то метёшь, убью. И тебя, и его. Я ещё доберусь до того щенка, с которым ты согрешила до свадьбы!

Всё, как я и думала. Наверное, надо хоть как-то предупредить тех, кто мне знаки внимания оказывал. Но я подозревала, что и телефон мой теперь на прослушке. Дожилась: ни встретиться, ни поговорить нормально с теми, с кем бы я хотела пообщаться.

Впрочем, узницей замка Весельникова я не стала. Некоторое время спустя он начал выводить меня «в свет». И, естественно, мне это тоже не понравилось. Весьма своеобразный «круг», достойный господина Весельникова оказался. Но это была его территория, его прайд, где он чувствовал себя царьком. А я, так сказать, должна была соответствовать.