Развод. Выживу вопреки

16

Первый раз он ударил меня, когда явился на подпитии, и я попыталась не пустить его в супружескую постель.

– Ты пьян, – сказала я ему и получила обжигающую пощёчину.

– А ты прекрасна, бревно ты недевственное! – разозлился он так, что даже жилы на лбу выступили. – Ты моя, и я буду делать с тобой всё, что захочу!

– Я не вещь, – пыталась уйти с «линии огня».

Весельников только расхохотался.

– Об этом ты скажешь своему отцу! И мой тебе совет: не смей мне перечить, если хочешь, чтобы твои близкие были живы и здоровы.

Я хотела. Поэтому позволила ему сделать то, что он хотел. К счастью, это долго не продлилось.

Мне нужно было решить две проблемы. И, на моё счастье, что первую, что вторую удалось разрулить.

На следующее утро Весельников свалил куда-то по своим очень важным делам: что-то у него не ладилось, а потому отправился он куда-то за черту города не на один день.

Об этом он сообщил мне по телефону. А ещё прислал корзину роз. Что-то вроде извинений за своё скотское поведение.

Это меня удивило. Не в его правилах, что ли. Хотя что я знала о том, кто жил у мужа внутри? Ровным счётом ничего.

Мы с ним почти не общались, разговаривали очень редко. Я – птица в клетке, за которой он следил. Он – мерзкий паук – жил, как и прежде, словно и не был женат. Ну, разве что в его постели появилась та же птица, с которой он обращался, как и со всеми остальными людьми: эгоистически, не интересуясь мнением или чувствами.

Возможно, ничего у него и не случилось. Просто уехал развеяться и остыть после случившегося. Это как бы самый мягкий вариант развития событий, в который я не очень верила, но допускала.

Как бы там ни было, я получила передышку.

Пощёчина, которой меня наградил муж, последствий не имела. Видимо, он всё же соображал, что если обрушит на меня всю свою мощь, то разобьёт лицо. С такими-то габаритами и размером ладони…

После исполнения супружеского долга, я отправилась в ванную, приняла душ и приложила салфетку со льдом к горящей щеке.

Весельников всё это видел, но никак не прокомментировал мои действия.

Испытывал ли он чувство вины?.. Или считал, что подарил цветочки – и на этом инцидент исчерпан?..

Я вдруг поняла, что пока не влезу в его шкуру, не узнаю его мысли, так никогда и не смогу освободиться. Мне нужно было знать этого человека с изнанки. Как бы он мне противен ни был. Тот, кто хитрее, тот сильнее.

Я должна была стать стервой. Такой, какой никогда не была. Но если нет выхода, я обязана его найти любыми способами, иначе так и останусь тенью, девочкой для битья.

Уже прошло три месяца с того момента, как я делала противозачаточную инъекцию. И, на моё счастье, Весельников очень удачно уехал.

Клинику я посещала регулярно: ежегодный профосмотр, стоматолог, диетолог, терапевт. Я приучала своего личного монстра к тому, что это необходимость. Монстр зорко следил за всеми моими передвижениями, так что предосторожность была не лишней.

Всё задуманное я осуществила без проблем и немного расслабилась.

– Вы молодая, – без обиняков заявила мне врач-гинеколог, – у этих препаратов есть не очень хороший побочный эффект: нарушается гормональный фон, и как следствие – возможен набор веса и прочие не очень приятные моменты.

– У меня вся жизнь впереди, – не отвела я взгляд. – Я бы хотела вначале окончить обучение.

В тот же день я ещё раз посоветовалась с диетологом, посетила спортзал и бассейн. Пусть Петенька порадуется: не зря ж он выкинул деньги на индивидуальные занятия с женщиной-тренером и на вип-посещение бассейна.

Была у меня мысль – стать непривлекательной для мужа. Но даже ради этого я не хотела превращаться в то, чем не являлась.

Это путь слабого. А я всё же считала себя сильной.