Развод. Я без тебя могу

Глава 5

– Олеся? – кажется, он растерялся.

– Ну, конечно же, не привидение, – не отводила я от него взгляд.

– Олеся? – удивлённый голос предательницы-подруги, – ты же у парикмахера должна быть…

– Я никому и ничего не должна. Тебе – в особенности, – перевела я взгляд на неё.

Голос мой звучал твёрдо. Но они были в квартире, а я всё ещё торчала на пороге, который и переступать не хотелось. Но как-то оно выглядело не очень.

– Я пройду? – обдала холодом мужа. Он стоял столбом и закрывал широкими плечами весь проход. Стоял скалой. И взгляд его не сулил ничего хорошего.

– Зачем? – разлепил он губы. – Иди домой. Дома поговорим.

– Затем, – двинула его плечом и всё же зашла в Майкину квартиру.

Игорь такого от меня не ожидал. Я всегда была покладистой, не спорила по пустякам, уступала ему везде, где только могла. Но сегодня не тот случай.

Мне жизненно необходимо посмотреть подруге в глаза. В её наглые бесстыжие глаза.

Майка уже очухалась от первого шока, а теперь стояла вся из себя красивая, в дорогущем пеньюаре, выставив ногу в туфле на каблуке.

Холёная, с почти идеальным макияжем. Губы слегка размазаны. Видимо, от горячих поцелуев моего дражайшего супруга.

– Ничего не хочешь сказать? – не отводила я от неё взгляд.

Майка удивлённо приподняла красивую бровь.

– Ну, упс! – развела она руками. Будто просто кто-то неловко пошутил, а на самом деле ничего страшного не случилось.

– И действительно. Что тут говорить, – пробормотала я.

– Олеся, иди домой, – добавил металл в голос Игорь. – Дома поговорим.

– Ширинку застегни! – окинула я его насмешливым взглядом. – Ну, или наоборот уже, что уж. Все свои. Буквально родственники.

– Не разговаривай со мной так, – набычился он.

Грозный. Как не рванёт. Только у меня ни страха, ни тормозов сейчас.

Нет, я не собиралась визжать, кричать, истерить. Я что хотела – узнала и увидела.

– Да пошли вы. Оба. Счастливо оставаться! – снова отпихнула я Игоря с дороги и выбралась на волю.

В машине пришлось немного посидеть, чтобы успокоиться. Руки ходуном ходили. Оттого, что я в таком состоянии домой поеду, лучше никому не будет. А у меня ребёнок. Я о нём прежде всего думать должна.

Мне было больно и горько. В груди пекло так, что не вздохнуть.

Не уверена, что было бы легче, застукай я Игоря с какой-то левой девицей. Но то, что он изменял мне с подругой – вообще ни в какие ворота.

Ладно он. Мужчина. Как моя мать говорила: пальцем поманят, как взыграет в штанах – так и помчался, будто бычок на верёвочке. Но Майя… мало того, что подруга, которая, оказывается, только на словах меня поддерживала, так ещё и усмехалась, наверное, умирала со смеху, когда советы свои раздавала.

– Вот и взбодрились. Встряхнулись, – пробормотала я, заводя мотор.

У неё ведь, у Майки, всегда поклонником валом. Красивая, самодостаточная. И возле неё крутились такие мужики, что моему Игорю до них, как до Луны пешком. Это что, у неё спорт такой? Попробовать всех или специально моего, чтобы вбить клин и доказать, что я ничтожество? Курица? Клуша?.. Чтобы мой орёл понимал, кто есть кто? Сравнивал? От семьи отдалялся?

Хорошо ей его принимать чистенького, в рубашках, моими руками стиранными, в носках новых. Весь из себя представительный жених, не меньше. Самец из отряда козлорогих. И ладно бы он был обделён теплом и лаской. Нет же. Я и этот завет мамы чтила свято: хочешь не хочешь, а мужу дай, не отнекивайся да не отмахивайся.

Ну, может, было пару раз, когда Тошка сильно болел, но в такие моменты ни до чего. А мы ведь вроде как семья, а не просто любовники или случайные пассажиры.

В общем, было о чём подумать, пока я возвращалась домой.

Мне казалось, Игорь явится домой раньше, чем я. Но нет. Видимо, остался получить свою порцию запретной любви с моей подругой. Узнаваемо. Он всегда пёр напролом, если чего-то очень хотел. Неплохое качество для бизнесмена и не очень – в семье.

Я его иногда мысленно обзывала большим ребёнком. Именно с точно таким напором он за мной ухаживал. И даже не экономил. Именно так он добивался всего остального.

Решил, что я не должна работать, я не работаю. Упёрся он, что машину купить важнее, чем сделать ремонт, значит никакого ремонта. Кто-то вбил ему, что рубашки надо руками стирать, – никаких стиральных машинок, деликатных режимов, прачечных.

Заведено у него в семье пельмени женскими ручками лепить, Олеся сидит и лепит. С грехом пополам уговорила на компромисс – приходящую домработницу, что помогала мне на кухне. И то ворчал, что всем этим должна жена заниматься. И искренне недоумевал, чем я таким занята, что не могу самостоятельно вести домашние дела.

Он как бы в расчёт не брал, что очень много времени уходит на нашего сына, когда и процедуры нужны, и школа развития, и, собственно, я всё успеваю в доме, по дому, его встретить с улыбкой, накормить, обиходить, в постели ублажить, на шмотках для себя сэкономить, потому что всё та же чёртова машина, новая квартира…