Развод. Я без тебя могу

Глава 7

Он выскочил, как ошпаренный, а потом я услышала, как хлопнула входная дверь. Громко. Оглушительно, я бы сказала.

«Опять к Майке помчался?» – безнадежно как-то подумала я, но былых эмоций уже не испытывала.

– Папа седица? – спросил Тошка.

– У папы тяжёлый день выдался, – вздохнула я и поцеловала сына в тёмную макушку. – А мы сейчас что-нибудь придумаем. И пойдём гулять.

Основательно я сложила только сумки с Тошкиными вещами. Свои взяла по минимуму. Всё это нажитое «добро» в три ходки снесла в машину. Покормила сына, обвела квартиру пустым взглядом.

Не сказать, что меня здесь ничего не держало. Ложь. Пусть стены новые, но они уже хранили свет моей семьи, что перестала быть таковой.

Здесь многое сделано моими руками, усилиями, талантом. Я сама разрабатывала дизайн детской. Сделала её такой, какой видела и о какой мечтала.

А теперь стою, как на пепелище. Выгорело, перестало светить и греть. Ещё немного – и я уйду.

Хорошо, что Игорь ушёл. Не так болезненно, проще, без криков и ругани.

– Галка, привет, – позвонила я единственному человеку, в котором была уверена, и кто точно не оставит меня в беде.

Мы и не дружили толком. Она моя коллега по агентству, где я не работала уже целую вечность. Мы изредка созванивались. Ещё реже – пересекались. Но отношения у нас всегда были тёплыми, приятельскими.

– Олеська! – обрадовалась она мне. – Как хорошо, что ты позвонила!

У Галки эмоций – фонтан. И всегда есть что рассказать. У этой девушки талант – собирать, а потом вываливать целый ворох событий, сплетен, как нечто сенсационное.

Простодушная, всегда вдохновлённая, удивлённая, немного взбалмошная. Или много. Но то, что она хороший человечек, я не сомневалась.

– Я к тебе с просьбой, – перебила я её, пока она не растараторилась вовсю. В таком состоянии Галка могла и не услышать меня.

– Да, конечно, говори, – с готовностью она прервала поток очень важных новостей.

– Не могла бы ты… – закашлялась я, не зная, как озвучить просьбу. Не так-то просто вываливать свою жизнь перед почти посторонними людьми. – В общем, мне негде с сыном жить. Хотя бы на первое время…

Пауза, что длилась, как мне казалось, километр, даже затянулась. А я сидела беспомощная, с комом в горле. Не могла ничего из себя выдавить. Ни словечка.

– Конечно, Олесь, приезжайте, – отозвалась наконец-то Галка. – Адрес ты помнишь?

– Помню, – кивнула я.

– Ну, тогда ты знаешь, что место у меня есть, вам я всегда рада, и как раз расскажу все сногсшибающие новости, что с нами приключились! Жду!

Галка ещё что-то тараторила, но я пропускала её слова мимо ушей. У меня чуть ослаб узел в груди. По крайней мере, у нас с Тошкой будет крыша над головой, а остальное… решится как-нибудь по ходу этой дрянной пьесы, в которую в одночасье превратилась моя жизнь.

– Ну, что, мой герой, ты готов к приключениям? – поцеловала я сына в щёчку, где притаилась сладкая ямочка.

– Мы пойдём гулять? – светились радостью его глаза.

– Не просто гулять! У нас целое путешествие! Ты же у меня отважный исследователь новых земель?

– Да! – захлопал мой малыш в ладоши.

Я боялась только одного: что сейчас откроется дверь, вернётся Игорь, и мы снова будем скандалить.

К счастью, ему, видимо, было не до нас.

Уходя, я сняла обручальное кольцо с пальца, с которым никогда не расставалась, и положила на тумбочку.

Символ моего «раз и навсегда» остался там, где и положено.

У меня не получилось. И, по старой доброй традиции, вбитой в меня матерью, я старалась себя ни корить, ни винить в том, что произошло.

Галка жила за чертой города, а поэтому я ни единым словом не солгала сыну. Нам предстояло небольшое путешествие.

Тошка крутился в своём креслице, то и дело прилипал к окну. Любознательный, живой, впечатлительный, он живо впитывал в себя этот мир. Встречал его с любопытством и удивлением. Ему всё нравилось, он всему радовался.

Слабенький здоровьем, он унаследовал дух авантюризма, который в некоторой мере был присущ и мне. Так что Букин не так уж и не прав, когда ворчал, что сын пошёл в мою породу.

Я не считала это таким уж великим прегрешением. И любила бы сына не меньше, если бы он пошёл в богатырей Букиных.

По традиции, как и во многих семьях, у меня не сложились тёплые отношения с его родителями. Свекровь, хоть и признавала, что я из интеллигентной семьи, а для Игорька это только плюс, сама я чем-то её не устраивала, но воспринимала это как неизбежный насморк осенью.

Сын он у них единственный, так что ей, наверное, любая девушка была бы не настолько хороша, чтобы удовлетворить ту высочайшую планку, которую свекровь задрала.

Внука свёкры любили на расстоянии. Ни помощи, ни поддержки. Да как бы и не обязаны. И Валентин Петрович, и Любовь Дмитриевна – очень активные, работающие, занятые.