Развод. Я больше тебе не принадлежу

3 глава

– Не пойми меня неправильно, – продолжает Карл, потому что я, шокированная всем, что увидела и испытала, а теперь и его словами, словно воды в рот набрала... ни слова не могу сказать. Зато у моего мужа прямо приступ красноречия: – Я очень люблю тебя, ты – моя вторая половина вот уже четверть века, ты родила мне четверых детей и всегда меня поддерживала... и я не собираюсь бросать тебя, разводиться с тобой. Я благодарен тебе. Но ты постоянно занята детьми, бытом. Посмотри на свою кожу, – он протягивает руку и пытается ущипнуть за подбородок, но я отшатываюсь назад в инстинктивной попытке защититься. – Она висит. Посмотри на свои ноги. Там целлюлит. На свои синие круги под глазами...

– Я неделю нормально не спала, бегая от Эммы к Марте и обратно, подставляя им тазики, водя в ванную, кормя с ложки... тебе не стыдно?! – наконец выпаливаю я.

– Стыдно, – муж кивает. – Очень стыдно. Не стоило делать этого, пока вы в больнице. Но мне тоже надо было как-то сбросить напряжение... я тоже за вас волновался!

– То есть, мы еще и виноваты?! – опешиваю я.

– Ну, не я же принял решение пойти купаться на непроверенный пляж, – Карл пожимает плечами. – Насколько я знаю, не только наши девочки поймали там кишечку.

– Возможно, проблема в том, что такие решения всегда приходится принимать мне?! А ты только контролируешь и потом, если что не так, обвиняешь меня?!

– Уймись, – просит он. – Я же сказал, что был не прав. Не надо было развлекаться во время вашей болезни...

– А в остальное время можно, значит?! – уточняю я.

Я чувствую, как мой мир, вся моя жизнь просто рушатся... прямо сейчас, неумолимо и безвозвратно.

Мой муж изменяет мне.

Он считает меня старой, отслужившей свое, выполнившей своей священный материнский долг... и больше не нужной.

Его мать с ним заодно, и я как будто бы все еще чувствую ее цепкие пальцы у себя в волосах.

Что делать?! Как быть?!

Как рассказать об этом детям, особенно младшим?!

И почему вообще я столько лет считала любовью то, что оказалось абьюзом и использованием?!

Потому что в его любовь я больше не верю!

Вот только Карл продолжает говорить со мной своим фирменным невозмутимым голосом. У него все под контролем.

– Сейчас ты пойдешь в душ, а потом мы с детьми и мамой сядем обедать, – говорит он, и его голос льется фальшивым бархатом в мои уши. – И ты просто забудешь об этом инциденте. Все, что тебе нужно знать, ты уже знаешь: я тебя не брошу. Скандалы, разборки нам ни к чему. Дети ни о чем узнать не должны. Тебе все ясно?!

– Нет, мне ничего не ясно, – шиплю я. – Ты правда считаешь, что я смогу просто забыть обо всем и жить как раньше?!

– Придется, – он кивает. – Выбора у тебя нет. Ты никогда в жизни не работала, у тебя нет своих денег и своего жилья, у тебя двое несовершеннолетних детей... ты ничего не умеешь, кроме как рожать, менять подгузники, вытирать сопли, делать детские домашки, варить супы и убирать дом. Ты – моя, и ты это знаешь. Ты никуда не уйдешь... тебе некуда идти, Люба. Ты поняла?!

Я молчу.

– Кивни, что поняла, – повторяет он. – И иди приведи себя в порядок.