Развод. Я больше тебе не принадлежу

9 глава

– Оставь детей в покое, и давай поговорим один на один, – говорю я, вступая наконец в этот бессмысленный и беспощадный диалог.

– Поговорим?! – фыркает муж. – О чем?! Мы с тобой сегодня уже поговорили – и все выяснили.

– Поверь, тебе будет интересно, – обещаю я.

Он окидывает меня недоверчивым взглядом, но потом все-таки кивает:

– Окей, давай... жду тебя в нашей спальне.

– Приду через пять минут.

– Отлично.

Он уходит, и мы с Катриной остаемся возле ванной комнаты вдвоем.

– Что ты задумала?! – с подозрением спрашивает дочь.

– Ничего, – я пожимаю плечами. На самом деле, у меня есть идея, но ей об этом знать не нужно.

– Тогда о чем говорить будете?!

– О том, что не только он отец, но и я мать, и мы должны вместе решать твою судьбу.

– Мою судьбу должна решать я! – вспыхивает Катарина, и я беру ее за руку:

– Тшшш... конечно, милая, ты. Только ты. Но ему об этом не говори. С ним надо иначе, раз напрямую не выходит. Я попробую убедить его в том, что Святик – плохая кандидатура на роль твоего мужа, и мы должны найти кого получше... а потом... не знаю... сейчас главное – отвести от тебя беду.

– Спасибо, мам, – Катарина сжимает мою ладонь. – Только будь осторожна.

– Конечно. А ты проследи за девчонками. Помоги им собраться в школу, ладно? Завтра первое сентября...

– Непременно.

– Спасибо. Люблю тебя, дочь.

– И я люблю тебя, мамочка.

– Все обязательно будет хорошо... в конце концов. Обещаю.

Мы с ней расстаемся, и я иду в спальню.

Что самое нелепое – там до сих пор не поменяно постельное белье, и Карл, дожидаясь меня, сидит на мятой простыне, где кувыркался со своей любовницей, а на подушке наверняка остались и аромат ее парфюма, и запах пота, и длинные рыжие волосы...

Меня аж дрожь пробивает от отвращения.

Муж замечает это и фыркает:

– Не переживай, сейчас сменю постельное.

– Да уж, пожалуйста, – киваю я, стараясь держать себя в руках.

Он действительно встает и неспеша идет к платяному шкафу. Достает оттуда чистый комплект постельного, кладет его на прикроватную тумбу и начинает стаскивать грязное.

– О чем же ты хотела поговорить? – спрашивает между делом.

– О том, что у тебя есть причина не выдавать Катарину замуж за Святослава.

– Неужели, – фыркает Карл. – Люба, мы обсуждали это миллион раз. Обсуждали, что она имеет право выбора, что она должна сама строить свою жизнь, что это неуважительно, несовременно, неправильно и бла-бла-бла... ты говорила даже, что Святослав ей не пара, что она заслуживает кого-то получше... ты знаешь мое мнение на счет всего этого, ничего не изменилось.

– Кое-что изменилось, – говорю я. – Между нами. Ты изменил мне.

– А это-то здесь при чем?!

– При том, что твоя семья – это твоя репутация. А еще, если я подам на развод, придется делить бизнес и недвижимость. Да, ты думаешь, что я беззащитная беспомощная лань, которая без тебя не справится, но ты не прав. Поверь: у меня есть силы, чтобы порвать с тобой. И даже, может быть, рассказать всем твоим сотрудникам, партнерам и клиентам о том, как я поймала тебя с любовницей... Но я обещаю не делать всего этого и действительно остаться рядом, как твоя жена, если ты пообещаешь никогда не решать личную и профессиональную судьбу наших дочерей. Ни Катарины, ни Эммы, ни Марты.