Развод. Я больше тебе не принадлежу

КАРЛ. 11 глава

Какая самоотверженность, какая жертвенность, вы только посмотрите!

Ради детей она готова на все!

И остаться замужем за человеком, который ей изменяет!

И никому об этом не рассказывать!

И даже терпеть в доме любовницу!

Взамен лишь просит не выдавать замуж нашу старшую дочь... точнее, она и за младших просит, но это я пропускаю мимо ушей...

А я что, дурак что ли, чтобы отказываться?!

Учитывая, что час назад мы с Гришей сами решили, что от этого брака нужно отказаться...

– Твоя дочь – она красивая, конечно, и умная, и характер у нее интересный, яркая девчонка, – сказал Гриша. – Но мы уже пять лет пытаемся свести ее со Святославом, а она – ни в какую. Упирается, словно мы ее на каторгу посылаем! Жена моя говорит, что уже не желает такую своенравную невестку. И я ее понимаю. Ты уж прости, друг. Не судьба нам, видимо, наших старших детей поженить. Но ты сам посмотри: у нас и другие растут. Моему Святозару двадцать, твоей Эмме – четырнадцать. Что, если мы через четыре года, когда она станет совершеннолетней, снова счастья попытаем?!

– Почему бы и нет, – согласился я, Святослав сказал, что он не в обиде, моя мать тоже одобрила такой план, добавив:

– Только надо тогда уже сейчас за Эмму взяться. А то она ведь тоже растет, как сорняк в поле, своенравная, хамоватая, делает что хочет... Может, в закрытую школу ее отправить?! Чтобы там научили уму-разуму...

– Отличная идея, – кивнул я. – Займусь на следующей неделе.

На том и порешили.

Пообедали, пообщались, обнялись, разошлись.

А потом я столкнулся в коридоре с женой и старшей дочерью, отчитал Катарину за непослушание, а жена попросила о разговоре.

И сказала, что готова на все, лишь бы я не трогал Катарину... ну, и Эмму, и Марту, разумеется...

Вот только что будет через четыре года – неясно.

Через четыре года этот разговор можно будет и заново поднять.

А пока лучший вариант – согласиться.

К тому же, это позволит мне свободно, не скрываясь, встречаться с Радой.

С Радой мы познакомились примерно полгода назад... может, чуть больше. Точной даты я не помню.

Я был в одной из своих тратторий, ужинал.

Управляющая представила ее мне как новую официантку.

Рада чудесно обслужила мой стол, а всего через неделю – и меня самого... в подсобке той самой траттории.

Вообще, я служебные романы не одобряю, но я ведь здесь самый главный, мне можно все.

В Раде мне больше всего понравилось восхитительное сочетание внешней скромности, порядочности, вежливости с тем огнем, что есть в ней, если уметь правильно разжечь... я сумел. И теперь она моя.

После жены, такой немолодой, местами высохшей, а местами заплывшей, скучной, неинтересной, Рада – настоящий кайф.

И сейчас я звоню ей, чтобы сообщить приятную новость:

– Детка, ты можешь вернуться и больше не бояться моей жены.

– Ого! – искренне восхищается она мне в трубку. – Как здорово, милый! Как это у тебя получилось?! Впрочем... нет, расскажешь при личной встрече, ладно?!

– Конечно. Приезжай... прямо сейчас, – говорю я, уже предвкушая.

– А что, можно?!

– Да, детка.

– Тогда скоро буду, – она хихикает в трубку, явно довольная, а потом сбрасывает.

Ну вот, только зря поменял простыни...