Развод. Я больше тебе не принадлежу

14 глава

Не впечатать бы ее ненароком красивой веснушчатой мордашкой в косяк двери... а то уж больно кулаки чешутся!

Между тем, Рада как ни в чем не бывало отвечает на заданный вопрос:

– Обожаю апельсиновый сок!

– Один момент, детка, – говорит Карл и идет к холодильнику.

Но я его опережаю:

– Я сама, – говорю совершенно спокойно, не вызывая подозрений, достаю сок – дорогой, между прочим, без сахара и консервантов, мой любимый! – открываю его, подношу к протянутой кружке и... выливаю его прямо на голову попутавшей берега любовнице.

Рыжеволосая девица визжит, Карл выдирает из моей руки коробку сока, так что остатки льются просто на пол, и орет:

– Да как ты смеешь?!

– А как ты смеешь?! – рявкаю я в ответ, понимая, что эмоции так и рвутся из меня, и сдержать их просто невозможно. – Ты и так унизил меня, как мог, привел в наш дом эту... эту... – задыхаюсь, не зная, как ее назвать, чтобы без нецензурщины, но ничего более или менее приличного на ум не приходит. – Мы договорились, что она будет приходить к тебе... не ко мне, понимаешь?! Я предполагала, что она будет бесшумно появляться в твоей спальне ночью и так же бесшумно под утро исчезать! До моего будильника! Так почему я вижу ее на нашей семейной кухне?! Почему я должна терпеть, пока она как ни в чем не бывало таскает сыр и колбасу с детских тарелок?! Почему я должна делиться с ней своим любимым соком?! В любой момент проснутся дети... если уже не проснулись! Что я скажу им, если они увидят эту девицу?!

– Ну, если они и проснулись, то только по твоей вине! Ты бы еще громче орала! – шипит Карл, берет под локоть облитую соком любовницу и быстро тащит ее обратно в мастер-спальню. – Разговор еще не закончен!

Ну конечно, не закончен!

Не удивлюсь, если он скажет, что наш договор больше не работает, потому что я не выполняю условия сделки... а он что, выполняет?!

Чтобы немного успокоиться, я беру тряпку, опускаюсь на колени и вытираю стул, залитый водой с волос Рады, и пол, залитый апельсиновым соком... Обидно. Придется теперь новый покупать.

Надеюсь, Эмма и Марта не слышали наших разборок. И не увидят, как любовница их отца с позором увиливает из дома с мокрой башкой...

Пока, по крайней мере, кажется, что в этом плане все нормально.

Дочери появляются на кухне только через пятнадцать минут, обе – сонные, невыспавшиеся... вряд ли они что-то слышали или видели.

Когда я спрашиваю, в чем дело, они признаются, что долго разговаривали, сначала с Катариной, а потом, когда она ушла, друг с другом.

– Может, расселить вас в разные комнаты? – спрашиваю я. Не угрожаю, а предлагаю. Может, так будет проще? У них у каждой своя комната, но Марта так часто приходила по ночам к Эмме, что в итоге они стали жить вместе.

– Нет, не надо, – просит Марта. – Мне с Эммой спокойней.

– Мне, честно говоря, тоже, – соглашается старшая.

– Ладно, – я киваю. – Но постарайтесь за эту неделю все-таки войти в привычную струю: впереди новый учебный год.

– Конечно, мам.

– Непременно!

– Ну, тогда идите завтракать, а потом – выдвигаемся! – говорю я.

– Пойдешь нас провожать? – спрашивает Марта, с надеждой заглядывая в глаза. Я, вообще-то, всегда провожаю, но в прошлом году не смогла, потому что моя мать попала в больницу с инфарктом... К счастью, все обошлось.

– Самой собой.

– А отец? – уточняет Марта осторожно, явно все еще обеспокоенная после вчерашнего скандала с попытками Карла выдать замуж Катарину.

– Думаю, ему не до того, – отвечаю я уклончиво.

Карл даже завтракать к нам не выходит.

Видимо, отмывает и выпроваживает свою рыжеволосую красотку, а потом сваливает сам.

Работа, дела. Он ведь у нас бизнесмен, большой, важный, занятой человек. Не до того ему, чтобы детей в школу первого сентября отводить...

Ну, тем лучше.

Без него нам с девчонками будет дышаться гораздо свободнее.

После завтрака мы с девчонками одеваемся, берем сумки и рюкзаки, вызываем такси и едем в школу.

Люблю первое сентября: все такие радостные.

Первоклашки – потому что открывают для себя ворота в удивительный мир знаний.

Ребята постарше – потому что за лето соскучились по друзьям-одноклассникам.

Учителя – потому что соскучились по работе.

Ну а наша директриса – потому что наконец-то можно снова всеми командовать, организовывать пикники, субботники, благотворительные вечера, сбор макулатуры и еще миллион мероприятий... она у нас очень деятельная, очень энергичная, и мне это нравится.

Эмма и Марта быстро находят на улице свои классы и, довольные, счастливые, обнимаются с другими девчонками, делятся новостями, забыв на время обо мне.

Потом Марта все-таки возвращается: поделиться новостями уже со мной.